Весь Эдгар Берроуз в одном томе - Эдгар Райс Берроуз

— Кто такой Малбист?

— Мой муж. Ты с ним дрался, а потом увёл меня. Отныне я твоя жена и буду за тебя сражаться. Никому тебя не отдам!

Она грозно повернулась к Ронде, намереваясь проучить вероятную соперницу, но Тарзан вовремя вмешался.

— Не смей её трогать! — предупредил он.

— У тебя не должно быть никого, кроме меня! — возразила дикарка.

— Она мне никто, — успокоил её Тарзан. — Не надо её обижать.

Дикарка отодвинулась от Ронды, однако продолжала испепелять её свирепым взглядом.

— Посмотрим, — сказала дикарка. — Как её зовут?

— Ронда.

— А тебя?

— Зови меня Стенли, — ответил Тарзан, которого позабавил неожиданный поворот событий.

Он не стал пререкаться с дикаркой, поскольку понимал, что их спасение всецело зависит от этой своенравной красотки.

— Стенли, — повторила она с некоторой запинкой. — Необычное имя. А меня зовут Бальза.

Тарзан отметил про себя, что это имя ей очень подходит, ибо на языке великих обезьян оно означало «золотая девушка». Обезьяньи имена вообще очень точны. Так, его собственное имя означало «белая кожа», а Малбист — «желтая голова».

Бальза быстрым движением метнула камень в голову, осторожно высунувшись из-за выступа, и дико рассмеялась.

— Главное — продержаться до ночи, — сказала она. — Потом они уйдут, так как страшно боятся темноты. А если двинемся сейчас, нам конец.

Девушка заинтересовала Тарзана.

С одной стороны, судя по рассказам бога, это тело управлялось мозгом гориллы, с другой, — то, как дикарка произнесла его имя, удивило Тарзана. Горилла бы так не смогла.

— Ты говоришь по-английски? — полуутвердительно спросил он.

Бальза бросила на него удивлённый взгляд.

— Да, — кивнула она головой. — Но я не предполагала, что ты знаешь английский.

— А где ты его выучила?

— В Лондоне, конечно. Прежде, чем меня выперли оттуда.

— Что значит выперли?

— Я была непохожа на них. В течение нескольких лет мать прятала меня, но в конце концов они выследили меня. Если бы я осталась, то погибла бы.

Тарзан понял, что «Лондон» для неё — это город горилл, потому что никакого другого Лондона она знать не могла.

— А Малбист, — продолжал он расспросы, — такой же как ты?

— Нет, он такой, как остальные. Ему не удалось выучить ни одного английского слова. Ты лучше его. Надеюсь, ты убил его.

— Нет, — отозвался Тарзан. — Мне показалось, что он ещё жив.

Девушка глянула вниз, схватила камень и с криком «И правда жив!» бросила его в незадачливого Малбиста, который опять выглянул из-за выступа. Камень попал в цель, и бедняга проворно уполз назад.

— Если я когда-нибудь снова попаду в руки к моему мужу, он изобьет меня до полусмерти, — сказала Бальза.

— А я думал, что до самой смерти, — откликнулся Тарзан.

— Нет, — пояснила девушка. — Дело в том, что я самая красивая среди всех. Остальные безобразны. Он никогда меня не убьёт, хотя другие самки с радостью разорвали бы меня на куски.

И она громко рассмеялась.

— Подозреваю, что и эта, — она кивком указала в сторону Ронды, — тоже не прочь прикончить меня.

Ронда Терри с интересом прислушивалась к той части беседы, которая велась по-английски, но не вмешивалась в разговор. Наконец, она прервала молчание.

— У меня нет желания убивать тебя, — сказала Ронда. — Наоборот, почему бы нам не подружиться? Бальза удивлённо взглянула на неё.

— Она не шутит? — обратилась дикарка к Тарзану.

— Она говорит всерьёз.

— В таком случае, будем друзьями, — сказала Бальза.

Вопросы любви и дружбы, жизни и смерти она решала быстро и бесповоротно.

Ещё несколько часов они провели на выступе, отгоняя мутантов камнями и заставляя их держаться на приличном расстоянии.

Глава 31

Наконец наступил долгожданный вечер. Людям, томимым голодом и жаждой, не терпелось побыстрее покинуть выступ, где они промучились под палящим африканским солнцем с самого раннего утра.

Все это время юная дикарка развлекала Тарзана и Ронду своей наивной непосредственностью. Она говорила все, что думала, и делала это с обезоруживающей прямотой.

Когда солнце скатилось за западные холмы, она поднялась на ноги.

— Пошли, — сказала Бальза. — Теперь уже можно. Они не станут нас преследовать на ночь глядя.

Бальза повела их в пещеру под выступом, оказавшуюся узкой, но довольно высокой. В конце, прямо над головой Тарзан увидел отверстие и моментально оценил обстановку. Он прикинул, что, упершись спиной в одну стену, а ногами в другую, он смог бы выбраться из этого коридора или, вернее, колодца, но также понимал, что камни исцарапают нежную девичью кожу.

— Я пойду первым, — сказал он, — и спущу вам верёвку. Странно, Бальза, что твои соплеменники не поднялись на вершину другим путём и не устроили нам засаду.

— Они слишком глупы, — ответила девушка. — Мозгов у них хватает только на преследование, а чтобы пойти в обход и применить хитрость, до этого им не додуматься ни за что.

— Отлично, нам это только на руку, — произнёс Тарзан и полез вверх.

Выбравшись на поверхность, он сбросил верёвку и быстро поднял обеих девушек.

Они оказались в небольшой чашеобразной расщелине, дно которой усевали мерцающие при вечернем свете кристаллы, испускавшие мягкое ровное свечение.