Титаник и всё связанное с ним. Компиляция. Книги 1-17 - Екатерина Барсова
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Я насчитываю сто семнадцать пассажиров, прошедших мимо меня, включая трех собак, одиннадцать детей и одного младенца, но ни следа мистера Стюарта. Взгляды все еще задерживаются на мне, но Веселая Вдова нынче интересует людей меньше, чем пара акробатов. Если бы я так не беспокоилась по поводу мистера Стюарта, непременно посмаковала бы тот факт, что я сама себя превзошла.
Чтобы убить время, я читаю «Атлантический ежедневный бюллетень», экземпляр которого размещен на стене рубки позади меня, и выпиваю два стакана лимонада, сопроводив их четырьмя овсяными печеньями, прямо под вуалью. К моменту возвращения прогуливающейся парочки мой мочевой пузырь готов лопнуть.
Джейми наклоняется к моему шезлонгу.
— Я знаю, ты не слишком любишь это делать, но подожди. Если ты так уж нужна Стюарту, он найдет тебя. Пойдем с нами на ужин. Все хотят отпраздновать.
— Что тут праздновать? — ворчу я.
— Успешное и прибыльное выступление. Бо не будет. Он рисует портреты пассажиров, так что за столом есть свободное место.
— Ладно. По крайней мере это отвлечет меня от мыслей о мужчине в фиолетовом котелке.
К моему удивлению, у окна каюты 64 стоит с перекинутым через руку полотенцем совсем другой стюард.
— О, миссис Слоан. Я просто убирал вашу каюту.
Он сцепляет руки в замок и предупредительно склоняет лысеющую голову.
— Стюард Латимер убирал здесь сегодня утром.
— Чудесно. Тогда я пойду.
— А он… где-то здесь?
— Боюсь, стюард Латимер теперь обслуживает другой этаж.
— Но почему?
— Не знаю точно. Я могу вам еще чем-нибудь помочь?
— Нет. Нет, спасибо.
Дверь за ним захлопывается со зловещим стуком. Попросил ли стюард Латимер о переводе сам или его убрали? С учетом того, что лучшие каюты — на Капустной Грядке, зачем бы ему идти работать на другой этаж? С другой стороны, возможно в комплекте с лучшими комнатами идут самые капризные постояльцы — мистер Исмей к примеру.
И миссис Слоан.
Возможно, его подозрения усилились, и он не хочет попасть под удар, когда эта бомба рванет. Он знает, что миссис Слоан спрашивала про мистера Стюарта. Известно ли ему, что именно мистер Стюарт организовал выступление двух китайских акробатов? Он видел фото моих родителей. Если связать это с моим странным появлением, то, возможно, стюард Латимер смог разглядеть определенный рисунок в полете хлебных корок. Может ли тот факт, что в урне вместо праха Перси оказался табак, стать той самой последней каплей, лишним ананасом, испортившим весь номер?
Лимонад и овсяное печенье бурлят у меня в желудке, вызывая тошноту, и воздух под моей вуалью теплеет на пару градусов. Конечно, если бы он считал меня самозванкой, то меня бы здесь дожидался Старший-на-корабле. Никто не стал бы убирать мою каюту.
Я снимаю шляпку и утираю пот со лба. Стюард Латимер мог оказаться на другом этаже по сотне разных причин. И все же я не могу отделаться от мысли, что я причина номер один.
28
По пути на ужин, пока Винк и Олли спорят, на какую службу отправиться завтра утром — католическую или протестантскую, — я делюсь своими тревогами по поводу стюарда Латимера с Джейми.
Его лицо становится таким же напряженным, каким бывает, когда он проверяет на прочность новый канат.
— Трудно сказать, почему он ушел, не располагая почти никакой информацией. Я могу попросить Шарлотту поспрашивать. Она будет крайне деликатной.
Я вздыхаю, жалея, что начала так сильно полагаться на эту девушку.
— Забудь. Скорее всего, волноваться не о чем.
— Может и так. Но надо держать ухо востро.
Впереди нас Винк пихает локтем Олли.
— Мария была католичкой, так что я пойду туда.
Олли смеется прямо Винку в ухо.
— Ха! Тогда и католиков-то не было, осел.
Когда мы входим в обеденный зал, люди оборачиваются к нам. Некоторые по-прежнему смотрят настороженно, но, я клянусь, есть и несколько улыбающихся лиц. Какой-то мужчина складывает ладони у груди и кивает нам.
— Ты видишь то же, что и я? — шепчу я Джейми.
— Да. Я вижу свежий хлеб в будущем.
Узкоглазые и семья Доменик приветствуют нас воодушевленными криками. Барабанщик выбивает дробь на столе, а Минг Лаи требует своим грудным баритоном:
— Речь! Речь! Речь!
Джейми в ответ на аплодисменты низко кланяется, и я тоже.
Старший официант с розой на лацкане подходит и преподносит нам бутылку шампанского.
— Господа, леди из первого класса прислала шесть бутылок.
Я чуть не падаю со стула.
— Леди?.. Вы знаете кто?
— Мне жаль, сэр, но нет.
Это не миссис Слоан. Шарлотта? Я нахожу глазами Джейми, который, похоже, пришел к тому же выводу, потому что шея у него красная, и он с трудом сдерживает улыбку.
Вылетают пробки, и каждый сидящий за нашим столом поднимает бокал с искрящейся жидкостью. Даже мальчишкам достается по глотку. Меня никогда не тянуло попробовать нечто подобное после того, что «огненная вода» сделала с Ба. Но это вино из элегантно наклоненной бутылки с длинным горлышком, которое течет в бокал потоком солнечного света, совершенно отличается от пойла в грубых кружках, которое глушил Ба.
Встав, Джейми поднимает бокал. Я не могу избавиться от мысли, как он похож на Ба в его лучшие дни — полный дружелюбия, счастливый и готовый следовать за судьбой хоть на край света.
Ба мог бы достичь любых вершин, если бы зеленый змий не тянул его вниз. Его улыбка могла согреть сотни людей, как дверь, открывающая путь к его полной света и тепла душе. И кажется, что сейчас Ба в этом зале смотрит на своих детей с гордым блеском в глазах.
— Выпьем за день, который навсегда останется в нашей памяти, с новыми друзьями, — Джейми поднимает бокал в сторону Домеников, — и старыми друзьями, которых мы никогда не забудем. — Он поворачивается к каждому из узкоглазых по очереди.
Винк и Олли изображают истинных джентльменов, держа бокалы в одной руке, а вторую заложив за спину и надменно поджав губы. Минг Лаи сияет довольной улыбкой, сжав свой бокал в кулаке. Тао пихает локтем Фонга, который уже пьет свое шампанское. Фонг ворчит из-за выплеснувшихся капель, но послушно поднимает бокал.
Барабанщик утирает глаза рукавом.
— Благодаря тебе и твоей сестре мы с женой сможем отправиться на праздник драконьих лодок этим летом.
Когда Джейми поворачивается