Современный детектив. Большая антология. Книга 12 - Андреас Грубер

— Что случилось, приятель? — спокойно спросил Бёрджесс, опускаясь на колени. — Где болит?

Но, прежде чем он успел задать еще хотя бы один вопрос, «больной» вскинул руку, и его кулак пришел в соприкосновение с шеей Бёрджесса. Он воткнул иглу и нажал на поршень, прежде чем тот успел отвести его руку.

Бёрджесс инстинктивно дернулся назад, но шприц так и остался торчать в его шее. Выдернув иглу из своей плоти и осознав, что произошло, жертва широко раскрыла глаза, на лице отобразилась паника. Он поднялся на ноги, пытаясь убежать, но противник вскинул обе ноги и ударил Бёрджесса под колени, лишив равновесия и заставив рухнуть наземь. Потом навалился сверху, прижимая его к асфальту, пока быстродействующий мышечный релаксант вершил свою химическую магию.

Он забрал из рук жертвы ключи от машины, нажал на брелоке кнопку разблокировки замков и окинул взглядом парковку, чтобы проверить, у какой машины в этот момент мигнули фары. Подождал, пока мимо проедет автобус и два такси, потом схватил за запястья Бёрджесса — тот был в сознании, но сопротивляться уже не мог, проволок его десять метров до нужной машины и засунул на заднее сиденье. Выдернул из гнезда штекер, посредством которого компьютерная система заряжалась от сети, и сунул ключи в замок зажигания. Проигнорировал «ТерраФикс» — планшет размером с айпэд, укрепленный на центральной консоли и автоматически проложивший маршрут, который советовала Бёрджессу выбрать система контроля дорожного движения.

Вместо этого он вбил в маленький спутниковый навигатор на приборной панели адрес, уже зная, как туда добраться. Потом медленно вывел машину на дорогу, ведущую к конечной точке жизни Бёрджесса.

Глава 13

— Как получилось, что ты разъезжаешь на машине, а мне приходится ездить везде общественным транспортом? — спросила Бекка.

Она окинула взглядом салон «Форда»; хотя это нельзя было назвать вершиной роскоши, автомобиль определенно был лучше, чем вагон подземки, набитый сотней потных пассажиров. Бекка воспользовалась возможностью и вытянула ноги вперед, под приборную панель, потом чуточку прибавила мощность кондиционера — просто потому, что могла.

— Мне сказали, что ею можно пользоваться, — отозвался детектив-сержант Брайан Томпсон. Он опустил оконное стекло и затянулся электронной сигаретой, и салон машины наполнился слабым запахом корицы. Томпсон выдохнул и затянулся снова.

— Я думала, ты бросил дымить.

— Моя тоже думает, что бросил, так что не говори ей.

Бекка не могла представить, чтобы Брайан мог сохранить что-либо в секрете от своей жены или, если на то пошло, от кого бы то ни было, даже если б от этого зависела его жизнь. Все его тайны были видны насквозь, отчего коллеги прозвали его Целлофаном. Бекка часто общалась с этим опытным детективом — он был хорошим другом ее отца и взял ее под крылышко, когда она только-только поступила в уголовный розыск, относясь к ней так же, как к собственным дочерям. Но в последнее время ее беспокоило его здоровье. Он стал терять вес, худоба заставляла его выглядеть старше, на лбу у него залегли глубокие морщины. Бекка гадала, как бы она справилась с тем, чтобы вырастить четырех дочерей — а именно столько у него было, и какие стрессы были бы с этим связаны. Она задумывалась о том, как скажется на ней напряжение, неизменно сопутствующее их работе, когда она достигнет его возраста.

— Ты слышал, что сказала Уэбстер на совещании? — спросила Бекка. — Мне кажется, она злится из-за того, что мы продвинулись так недалеко, а ведь трупы нашли уже четыре дня назад.

То, насколько напряженным было это расследование, чувствовала не только Бекка, но и весь отдел. Их филиал уголовного розыска был разделен на отдельные команды, призванные расследовать различные аспекты дела. И когда они сидели за столом в зале совещаний и сообщали другим о ходе следствия, Уэбстер не столько задавала вопросы, сколько выстреливала эти вопросы со скоростью пулемета.

— Мне кажется, статья в «Ивнинг стандард» сделала все только хуже, — добавил Брайан.

— Я ее не читала. Что там сказано?

— Они сообщили, что Думитру и Чебан были кузенами и что их смерти могут быть связаны между собой. Репортер звонил Нихату, пытаясь выудить у него признание в том, что в Лондоне действует маньяк или киллер. В любом случае положение проигрышное. Сказать «без комментариев» — и это прозвучит так, будто мы что-то скрываем. Сказать «нет никакого маньяка или киллера» — и газетчики напишут, что мы все отрицаем, но что эти слова все равно прозвучали, а значит, что-то такое есть. А позже, когда окажется, что это был какой-нибудь новый Фред Уэст или Гарольд Шипман[254], все будет выглядеть так, будто мы солгали.

— Но ведь ты не считаешь, что это действительно какой-то маньяк? — спросила Бекка. — Я имею в виду — я знаю, что они есть, но они встречаются в реальной жизни намного реже, чем в телесериалах, верно?

— Нет, вряд ли это маньяк. Скорее всего, кто-то мстящий нашим румынским друзьям. Перед тем как мы ушли с совещания, Нихат сказал мне, что у обоих на родине есть судимости за распространение наркотиков и что они должны разным людям много денег. Именно с этим и связано наше дельце, помяни мои слова. Вероятно, они решили залечь здесь на дно — но оно оказалось недостаточно глубоким. Кто-то мог вычислить, где они находятся, возможно, послал сюда людей, чтобы прикончить этих красавчиков и сразу же вернуться обратно. Наши люди просматривают списки пассажиров всех поездов, самолетов и паромов.

Бекка уставилась через лобовое стекло на горячий воздух, поднимающийся над капотом машины и над асфальтом дороги, из-за чего машины, едущие впереди, словно колебались и мерцали.

— В некотором роде мне даже жаль, — созналась она. — Маньяк — это уникальный случай в карьере следователя. Я бы не прочь встретиться с таким. Ну, то есть после того, как мы его арестуем.

— Что ты узнала про того парамедика, которого мы собираемся повидать? — спросил Брайан.

Бекка достала из сумки блокнот и стала перелистывать страницы.

— Он — второй из тех троих, кто стоял ближе всего к Думитру, когда тот упал под поезд. Его зовут Уильям Бёрджесс, тридцать семь лет, живет в пятнадцати минутах ходьбы от той станции, где погиб Думитру. Он первым из всех, кто был на платформе, связался с нами — в тот момент как раз ехал на работу и после происшествия помогал на месте происшествия. Он позвонил нам, когда прочитал, что смерть Думитру связана с другим убийством.

— Ты видела его там в тот момент?