Фантастика 2026-10 - Наталья Владимировна Игнатова
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Война — грязное дело. Я знал это давно.
Следующим пунктом были мины. Основную надежду сейчас я возлагал именно на них. Деревянные пеньки с конусообразно выдолбленной сердцевиной, начинённые порохом, камнями и острой железной сечкой повиснут на внешней стороне стен на специальных крюках. Когда татары скопятся у подножия стен, готовясь лезть наверх, мы подожжём фитили.
Взрывы, осколки, паника. Всё, что нужно, чтобы сломать штурм.
Я сам изобрёл эту конструкцию. Сам испытывал, подбирая нужное количество пороха. Сил и времени потратил уйму. Но результат того стоил.
Обходя стены дальше, я остановился около полибола — моей удачной попыткой воссоздать древнегреческое изобретение. Цепная передача с эксцентриком позволяла выпускать болты почти непрерывно, пока стрелок крутил рукоять. Скорострельность, конечно, не сравнить с современным автоматическим оружием, но для шестнадцатого века — настоящее чудо.
Два полибола. Один на северной башне, другой на южной. Им точно найдется работа.
Я провёл рукой по внутренней стороне стены, где были натянуты подбои. Медвежьи и лосиные шкуры, вымоченные в воде, сшитые в единое полотно и закреплённые на расстоянии ладони от брёвен. Если вражеское ядро пробьёт стену, подбой поймает большую часть щепок, которые иначе превратились бы в смертоносные снаряды.
Некоторые казаки поначалу смеялись над этой затеей. Потом, когда я показал им, что делает деревянная щепка, летящая со скоростью пули, смеяться перестали.
Я снова поднялся на стену и посмотрел на юг. Пока что никого, но эта тишина — перед бурей.
* * *
…Ермак сидел за столом, перед ним лежала расстеленная карта — мы начертили ее совсем недавно. Напротив атамана стоял Савва Болдырев. Его Ермак ценил и часто ставил на самые опасные дела.
Я остановился у двери. Ермак кивнул — оставайся, мол. Видно, хотел, чтобы я тоже слышал.
— Значит так, Савва, — Ермак говорил негромко, но внушительно. — Когда донесут разведчики, что татары идут к Тобольску, возьмёшь две сотни. Ночью выдвинетесь и затаитесь в лесу, поближе к острогу. Там балка есть, поросшая ельником.
Болдырев кивнул.
— Там и встанешь. Как услышишь бой — не дёргайся сразу. Подожди. Пусть татары о стены потрутся, пусть побольше их поляжет под частоколом. Острог крепкий, удержится какое-то время.
Ермак провёл пальцем по карте, показывая направление удара.
— А потом — атакуй. В спину. Со всей силой. Но и не жди слишком долго, а то острог тяжело придется.
Савва слушал молча, только щурился, словно прикидывал что-то в уме.
— Казаков всё равно будет гораздо меньше, чем татар, — продолжал Ермак. — Но если внезапно ударить в спину, когда они на стены полезут — победа будет за нами. А разгромим Маметкула — считай, наполовину хребет сломаем всему ханству. После Кучума правит сейчас мурза Кутугай, а он не воин, глядишь, с ним даже мир заключить сможем. Но Маметкул метит на его место.
Болдырев переступил с ноги на ногу.
— Выходит, в Кашлыке совсем малый гарнизон останется? Пятьдесят человек?
Ермак развёл руками — широко, с какой-то усталой обречённостью.
— Ну да, Савва. А что делать? Иначе никак. Людей у нас не бесконечно. Либо рискуем, либо сидим по крепостям и ждём, пока нас по одному перережут.
Он встал, прошёлся по избе. Половицы скрипели под его тяжёлыми шагами.
— Татары вроде не должны атаковать Кашлык. Их Тобольск интересует — он им как кость в горле. Да и потом… — Ермак усмехнулся, — Маметкул сейчас враг нынешнего правителя, Кутугая этого. Вражда у них жестокая. Кутугай не придёт ему на помощь, даже если Маметкул погибать будет. Скорее порадуется втихую.
— Только сохрани всё в тайне, — голос Ермака стал жёстче. — То, что выдвигаться будем — ни одна душа знать не должна. Даже своим скажешь в последний момент. Среди татар здешних у врагов наших наверняка глаза и уши имеются. Узнают — и засада не сработает, нас самих перебьют по частям.
Савва кивнул.
— Понял, атаман. Буду молчать, как рыба.
— Лошади должны быть готовы, — Ермак загибал пальцы. — Казаки при оружии. Но без суеты, без шума. Когда дам команду — выдвигаетесь тихо, каждый должен знать своё место. Распредели заранее, чтобы потом в темноте не путались и не шумели.
— Сделаю.
— И ещё, Савва… — Ермак помолчал, глядя в окошко. — Будь очень осторожен. Кутугай хитер.
Болдырев выпрямился.
— Не подведу, атаман.
Ермак кивнул и отпустил его взмахом руки. Савва вышел, притворив за собой дверь. Скрипнули ступени крыльца под его шагами.
Ермак повернулся ко мне.
— Слышал всё?
— Слышал.
— Вот и хорошо. Будь готов. В Тобольске все готовы?
— Все, Ермак Тимофеевич.
Ермак кивнул. Я понял, что разговор окончен, и вышел на крыльцо. Солнце било в глаза, жара обрушилась на плечи как тяжёлое одеяло. Кашлык по-прежнему казался сонным и мирным.
Но я-то теперь знал, что эта тишина обманчива. Что где-то там, за лесами и реками, собирается гроза. И что скоро этот сонный летний день покажется далёким сном.
* * *
Ветер трепал войлочные стены шатра, и пламя масляных светильников дрожало, отбрасывая на лица собравшихся неровные тени. Мурза Кутугай сидел на кошме, подогнув под себя ноги, и водил пальцем по расстеленной перед ним карте — грубой, нацарапанной углём на выделанной коже, но точной.
По правую руку от него сидел Темир-бек — широкоплечий, с изрезанным шрамами лицом и седеющей бородой, заплетённой в две короткие косы на татарский манер. Они вместе росли, вместе охотились на волков в степи, вместе бились против ногайцев двадцать лет назад.
Слева расположился Айдар-мирза — худощавый, с умными, глубоко посаженными глазами и тонкими, нервными пальцами, которыми он постоянно перебирал янтарные чётки. Он был моложе Кутугая на десяток лет, но они сдружились.
— Разведчики вернулись на рассвете, — негромко произнёс Кутугай, не отрывая взгляда от карты. — И казаки, и Маметкул готовятся к битве. У Маметкула тысяча воинов. Он считает, что этого хватит для Тобольска.
— Маметкул молод и горяч, — заметил Темир-бек, поглаживая рукоять сабли. — Кучума убили казаки. Он жаждет мести и славы, но это застилает ему глаза.
— Именно поэтому мы используем его ярость, — Кутугай поднял голову и посмотрел на старых друзей. В его тёмных глазах плясали отблески огня. — Казаки в Кашлыке знают о его планах. Они готовят ловушку.
Айдар-мирза перестал перебирать чётки:
— Ты уверен?
— Уверен, — коротко ответил Кутугай. — Атаман готовит отряд, который тайно выйдет из города и зайдёт
