Весь Кен Фоллетт в одном томе - Кен Фоллетт

быть, припасти это открытие для последующего обдумывания.

— Ролло известил Суизина, а Суизин хочет использовать дерзость пуритан, чтобы затеять стычку и убить Дэна.

— В церкви?

— Да. Он уверен, что сумеет оправдаться. Скажет, что защищал священников и мощи.

— Суизин слишком глуп, чтобы самостоятельно до такого додуматься.

— Это Ролло ему предложил.

— Вот дьявол.

— Я пыталась придумать, как предупредить протестантов. И тут встретила тебя. Сможешь с ними связаться?

— Конечно. Предоставь это мне.

Марджери едва справилась с желанием обнять Неда и жадно расцеловать.

6

— Мы должны отменить праздник, — заявил декан Ричардс, когда Нед рассказал ему о грядущих неприятностях.

— И на какой день перенести?

— Не знаю.

Они стояли у алтаря, поблизости от могучей колонны, что поддерживала устремленную ввысь колокольню. Нед запрокинул голову. Ему вспомнилось, что колокольню называли башней Мерфина: тот возвел новую, когда рухнула старая — так говорилось в хронике Кингсбриджа, книге Тимоти. Этот Мерфин и вправду был умелым мастером: его колокольня стояла вот уже две сотни лет.

Нед повернул голову, покосился на встревоженного Люка Ричардса, в голубых глазах которого читалась растерянность. Декан был священником и всегда старался избегать столкновений.

— Откладывать и переносить нельзя, — вздохнул Нед. — Это станет политическим ударом по королеве. Люди будут говорить, что пуритане Кингсбриджа помешали Елизавете назначить епископа по своему выбору. Истовые протестанты в других городах сочтут, что они тоже вправе сами решать, кому быть епископом, и, не исключено, примутся устраивать мятежи. Если подобное произойдет, королева нас с вами попросту распнет.

— Ой! — по-детски испугался Ричардс. — Тогда, наверное, лучше оставить мощи в храме.

Нед посмотрел на гробницу святого Адольфа, обнесенную железной решеткой. Малочисленная группа паломников, стоя на коленях, глядела сквозь решетку на вожделенный реликварий. Тот представлял собой изготовленное из золота изображение храма, с арками, башенками и шпилем. В золото были вделаны рубины, сапфиры и жемчужины, сверкавшие в солнечном свете, что проникал внутрь сквозь огромное восточное окно с витражом.

— Не уверен, что это поможет, — сказал Нед. — Раз уж они готовятся, то при желании сумеют прорваться за решетку.

Ричардс побледнел.

— Это же бунт! На моем посвящении!

— Верно. Для королевы бунт ничем не лучше отмены церемонии, сами понимаете.

— Что же делать?

Нед знал, что ему хотелось бы сделать, но медлил с ответом. Марджери явно кое о чем умолчала. Она просила его предупредить протестантов, чтобы те вооружились, но вовсе не стремилась предотвратить стычку. Для нее подобное было необычно, поскольку она всегда была против религиозных распрей, перерастающих в насилие. Нед осознал эту странность, еще когда разговаривал с Марджери, а теперь она и вовсе проявилась отчетливо. Увы, он не мог выяснить, что конкретно происходит, но не сомневался в том, что ему поведали далеко не всю правду.

Впрочем, не следует действовать на столь шатких основаниях.

Нед постарался отрешиться от воспоминаний о Марджери. Надо помочь декану Ричардсу.

— Думаю, стоит вытащить порох из пушки.

— Что вы хотите сказать?

— Надо избавиться от мощей.

Люк Ричардс обомлел.

— Я не посмею их выбросить.

— Вы меня не поняли. Мы можем их закопать, со всеми подобающими обрядами. Устроим погребальную службу завтра на рассвете — только вы и еще один или два священника. Велите Джорджу Коксу выкопать яму где-нибудь в соборе. И никому больше ни слова! — Джордж Кокс трудился могильщиком. — Мы похороним мощи прямо в этом ларце, а Джордж уложит обратно каменные плиты, и никто не догадается, куда подевался реликварий.

Ричардс обдумал услышанное, озадаченно хмурясь.

— Когда прихожане соберутся на церемонию, все уже будет сделано. Но что скажут люди? Они ведь заметят исчезновение ларца.

Повесьте на решетку уведомление, что святой Адольф похоронен здесь, в соборе. А потом, в проповеди, объясните, что святой по-прежнему здесь, осеняет собор своим присутствием, но его пришлось похоронить в тайне, чтобы уберечь его останки от людей, которые могли бы на них покуситься.

— Умно, — признал Ричардс. — Люди не станут беспокоиться, а пуританам нечего будет возразить. Все их возмущение окажется впустую. Все равно что стрелять с отсыревшим порохом.

— Хорошо сказано. Вставьте эти слова в свою проповедь.

Декан кивнул.

— Значит, договорились?

— Мне нужно поговорить с капитулом[93].

Нед подавил желание нагрубить Ричардсу.

— Зачем? Вас уже назначила королева. — Он улыбнулся. — Вы можете приказывать.

Ричардс смущенно повел плечами.

— Всегда разумнее объяснять людям причины распоряжений.

Нед решил, что затевать спор не стоит.

— Как угодно. Я приду на рассвете, чтобы понаблюдать за погребением.

— Хорошо.

Почему-то у Неда не было полной уверенности в том, что декан справится с порученным делом. Возможно, следует напомнить Ричардсу о том, чем тот обязан Неду.

— Я рад, что убедил королеву назначить епископом Кингсбриджа именно вас.

— Я ваш вечный должник, Нед. Спасибо, что поверили в меня.

— Думаю, мы хорошо сработаемся и сумеем остановить разрастание нетерпимости к чужой вере.

— Аминь.

Конечно, Ричардс еще мог