Оазис человечности 7280/1. Воспоминания немецкого военнопленного - Вилли Биркемайер

Водитель такси предложил попробовать еще спросить о Нине в милиции. Мы, конечно, делать этого не стали и попросили только свозить нас еще ненадолго к морю. А оттуда вернулись на автостанцию. Отвезти нас обратно в Донецк водитель уже не мог: следующий рейс у него был другой, а он обязан отмечаться на конечном пункте у диспетчера. Слава Богу, когда мы подошли брать билеты и сказали, что мы из ГДР, всё обошлось благополучно. И мы вернулись в Донецк.

За время нашей выставки местное телевидение — русское и украинское — дважды передавало интервью со мной, фамилия моя долго была на экране. Я надеялся, что Нина увидит передачу и даст о себе знать. Нет, и на этот раз ничего не последовало. После этого один добрый друг из угольного министерства пытался отыскать Нину, пользуясь своими знакомствами, но и у него ничего не вышло.

Единственная весть о Нине со времени моего освобождения из плена пришла от нее самой еще в 1949 году. Это было письмо, в котором Нина писала, что близится исполнение ее заветного желания. Она беременна и с нетерпением ждет маленького Вилюшу.

ЧЕРЕЗ 52 ГОДА

Рукопись этой книги я показывал профессору Петру Федосову, которого давно знал по работе в Обществе сотрудничества с республиками бывшего Советского Союза, действующем в Дортмунде. От него про мою историю узнала российская телекомпания «ВИД». Редакция заинтересовалась темой первой юношеской любви в советском лагере военнопленных. И меня пригласили в Москву на передачу «Жди меня». Она посвящена поиску людей, потерявших друг друга; благодаря этой передаче немало людей, расставшихся много лет назад, встретились снова.

Готовя очередной выпуск, сотрудники телекомпании за две недели разыскали мою Нину. И с ней — нашу дочь Татьяну.

Примечания

1

Следуют имена, фамилии, даты и места рождения военнопленного Германа Вильднера и его жены Гертруды. Автор письма просит маму (очевидно, по просьбе Вильднера) запросить о них розыск.