Рухнувшие надежды - Николай Побережник

Я смотрел в бинокль, и видел, как окрасилась красным часть борта катера.

— На нос, на колени и руки за голову! — повторил я в микрофон и увидел, что через несколько секунд, двое вышли на нос и сели на колени, заложив руки за голову.

— Давай Серый, обойди их вокруг на этой дистанции, а я посмотрю, — сказал Леха.

На малом ходу «Мандарин» описал круг, Леха все это время держал катер на прицеле и смотрел в оптику.

— Чисто, подходи, я на захват, — прошипел «мидланд».

Я подошел вплотную к катеру, и Леха с ТТ-шником в руках сиганул вниз, связал пленных, а потом спихнул в море три трупа. Затем он подошел к транцу, осмотрел двигатели и крикнул:

— Один движок покойник, я ему блок размолотил.

— Ну вяжи этих «хитманов» получше, и лови канат, катер домой потащим. Течи нет?

— Вроде нет.

Через полчаса хода я почувствовал запах солярки, а потом двигатель «чихнул» и заглох.

— Твою ж мать! — ругнулся я и полез вниз, к двигателю.

Чинились около часа. Одна пуля пробила бочку дополнительного бака, куда я заколотил деревянный чепчик, выструганный из отколотой деревяшки от багра, в вторая пуля пробив кожух двигателя черканула по трубке ТНВД, насос «хапанув» воздуха прекратил подачу топлива. Перекусил трубку на насос, отрезал кусок топливного шланга с разбитого двигателя и соединил концы трубки, наложив хомуты из проволоки. Потом прокачал «лягушкой» систему и завел двигатель.

На Сахарном мы швартовались уже в темноте. Пленных привязали недалеко у пирса к дереву и приставили караул. А потом мы с Лехой отправились в баню, прямо посреди ночи, вот что-то захотелось в баню, да и все тут!

Конец первой книги