Титаник и всё связанное с ним. Компиляция. Книги 1-17 - Екатерина Барсова

Было видно, что он и сам готов был бы бежать отсюда к шлюпкам, к спасению… Но привычка к повиновению держала его крепче цепей.

– А мне можешь дать пройти? Я пассажирка первого класса, меня зовут Элизабет Грей! И моего слова хватит, чтобы у тебя были неприятности, – выложила она опять свой, чего греха таить, теперь уже сомнительный козырь.

– Вам? Да, разумеется, – смешался тот. – Только пусть они отойдут! – указал он на сопровождающих Лиз.

– Отойдите, дамы, – бросила она. – Я сейчас же пойду к капитану и заставлю его открыть чертовы решетки…

Стюард приоткрыл дверь ровно настолько, чтобы она могла протиснуться… И моментально получил крепким девичьим кулачком в солнечное сплетение – три месяца, пока Лиз занималась боксом в женском спортивном клубе «Аталанта», не прошли даром.

– Давайте, сестры, быстрее! – крикнула она, раздвигая решетки настежь.

– Мисс, я пожалуюсь мистеру Боксхоллу, – простонал стюард, сидя на полу и хватая ртом воздух.

– Жалуйся хоть Нептуну, кретин! – буркнула Лиз, подняв с пола связку ключей, оброненную незадачливым цербером. – Вперед, вот по этому проходу и наверх…

Эмигрантки побежали по коридору закрытых и распахнутых дверей и, наконец, по большой лестнице, ведущей на шлюпочную палубу. Элизабет вдруг остановилась, пропустив стайку женщин вперед.

– А вы, мэм? – обернулась к ней молоденькая девушка.

– Я попробую вывести еще людей…

* * *

– Капитан! Машинное! Крен на нос шесть градусов, – прохрипел телефон. – Вода дошла до носовой палубы!

– Вижу. Я не слепой, пока еще, – хрипло ответил Смит. – Как насосы?

– Скверно! Вышел из строя главный насос. Оба резервных на пределе.

– Мистер Белл, снимайте всех с вахты, кроме тех, что на генераторах и седьмой переборке, – взволнованно бросил Смит. – Спасайте насосы! Но переборка – главное…

«Держите ее зубами, черти!» – пробормотал он про себя. Быть может, им все же повезет и они продержатся лишний час, пока подойдет «Карпатия» или же выйдет на связь треклятый «Калифорниец».

Капитан повесил трубку.

– Огни с левого борта, сэр! Судно в пяти-шести милях от нас! – радость и изумление звучали в крике Боксхолла.

Смит перекрестился, видать Всевышний услышал его мольбу.

А Боксхолл в свой личный, принесенный из каюты бинокль с трудом, но все же различил, что это был небольшой однотрубный пароход.

– Свяжитесь с ними ратьером. Это должно быть «Калифорниец».

Застучали шторки сигнального фонаря, вспышками передавая просьбу о помощи.

Но шли минуты, а неизвестное судно не отвечало.

– Наверное, дистанция слишком большая… – отчужденно предположил Смит и распорядился: – Сигнальщик – аварийные ракеты!

Сгибаясь под тяжестью увесистого ящика, вошел сигнальщик, и вот уже ящик с ракетами вскрыт.

И все, кто был на мостике – и Смит, и Боксхолл, и Мэрдок, и сигнальщик, – просто остолбенели…

– Эй, парень, как тебя там… – досадливо бросил Боксхолл.

– Роу, сэр. Джеймс Роу… – выдавил сигнальщик.

– Ты видишь то же, что и я?

Тот лишь закивал.

В ящике были обычные белые ракеты, а не аварийные красные.

– Сэр, – все еще не веря своим глазам, сообщил Боксхолл капитану, – здесь только белые ракеты!

– Не может быть! – изумился Смит, заглядывая через плечо.

Губы его дрогнули. Бессмыслица! Абсурд!

– Других нет?

– Нет, это единственный ящик! – сообщил Боксхолл. – Больше не доставили.

– Какая разница теперь? Стреляйте белыми. Может, они догадаются, что у нас беда.

Через минуту Боксхолл выпустил в черное небо первую ракету, но таинственное судно снова никак не прореагировало на сигнал.

– Выпускайте ракеты каждые пять минуты, – приказал капитан.

Вновь ночная тьма была рассеяна ослепительной вспышкой. Сигнальная ракета взвивалась все выше и выше над остриями мачт и колоннами чуть дымящих труб, пока, наконец, не разорвалась, издав звонкий хлопок, и к поверхности моря медленно поплыли яркие искрящиеся звезды.

Голубовато-белый свет осветил напряженные и испуганные лица пассажиров и матросов.

Через четыре с половиной минуты в небо ушла вторая ракета… Третья…

Но незнакомец не обращал внимания на «Титаник», то ли дрейфуя, то ли двигаясь самым малым ходом. А затем судно вдруг погасило огни и стало быстро уходить на восток…

– Да чтоб тебя! – рявкнул Боксхолл. – В задницу да сразу тремя мачтами!!

– Если бы у нас были красные ракеты… – уныло вздохнул Роу.

– А если бы у нас была пушка, с какой радостью всадил бы ему парочку снарядов ниже ватерлинии! – добавил помощник.

* * *

Ночь с 14 на 15 апреля 1912 г. Северная Атлантика. Борт норвежской зверобойной шхуны «Самсон»

– Черт побери, что все-таки это означает, Олаф?!

– Не знаю, гере капитан, убей бог, не знаю! – в голосе старпома звучала ирония.

Несс едва удержался, чтобы не плюнуть за борт.

Хендрик Несс слыл опытным и рисковым капитаном, хотя и не слишком щепетильным в том, что касалось морских границ, территориальных вод или браконьерства. Грешил он и контрабандой, может быть, не побрезговал бы и пиратством, если бы пираты еще водились в цивилизованном мире. Одним словом, Несс был отличным судоводителем и азартным, удачливым дельцом, достойным наследником викингов.

И не удивительно, что его «Самсон» нередко оказывался в чужих или заповедных водах и его хорошо знали корабли береговой охраны САСШ, близкого знакомства с которыми он, впрочем, удачно избегал.

И сейчас он возвращался с удачного промысла, после двух месяцев охоты в запретных водах близ тюленьих лежбищ, ловко избегнув встреч с кораблями «Коаст Гард». На его борту было ни много ни мало – две тысячи первосортных тюленьих шкур. Истомившийся экипаж отдыхал. Лишь сам капитан и его первый помощник несли вахту.

Ночь была изумительная, звездная, ясная, океан спокоен. Они с помощником болтали о том о сем и курили. Вдруг, случайно обернувшись, Несс увидел на горизонте две необыкновенно яркие звезды, и через секунду-другую понял, что это огни большого судна.

А потом выше них загорелась вспышка, рассыпаясь крошечными искрами.

Еще вспышка… За ней – еще…

– Ракеты, – констатировал за его спиной Олаф.

– Да, вижу, что ракеты. Белые ракеты. Не далее как через полчаса ходу от нас.

– Совсем близко.

– Странно!

– Что здесь странного?

– Пускают их больно часто!

Капитан пожал плечами.

– Вероятнее всего, это кто-то вроде нас, рыбаки. Небось сигналит баркасам, которых выпустил на лов.

– Погоди-ка, кэп! Кажется, это не траулер.

– Действительно… Пожалуй, довольно большая посудина. И болтается в дрейфе среди льда, как и мы.

– Но зачем тогда ракеты?

– Вопрос, конечно, резонный. Сам думаю, что означает этот фейерверк?

Олаф принес из рубки солидную бронзовую подзорную трубу, на надраенном боку которой были отлиты цифры: «1869».

Но и в восемнадцатикратных цейсовских стеклах толком разглядеть было тоже ничего нельзя.

– Это, в самом деле, что-то крупное. Восьмитысячник, не меньше! Две… Нет, три трубы. А как бабахает! Луну, что ли, расстреливают?

– Может, у них праздник?

– Ага, свадьбу