Современный детектив. Большая антология. Книга 12 - Андреас Грубер
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Его хватка чуть-чуть ослабла.
— Врешь.
— Может, вру, а может, и нет. Зачем рисковать?
Я почти слышала, как он просчитывает все в голове. Страх, который я чувствовала, был его, а не моим. Теперь я знала, почему он так долго ждал, прежде чем открыть чулан. Не мог решиться.
Еще оставалась слабая надежда. Я должна была ухватиться за нее и не дать ей ускользнуть сквозь пальцы.
— Ты этого хочешь для Эмили? — продолжала я. — Чтобы она знала, что ее отец убил ее мать? В конце концов она узнает. Когда тебя посадят в тюрьму пожизненно, а ее отдадут в детский дом…
— Заткнись!
— Пожалуйста, отпусти меня. Отдай мне Эмили, и я обещаю, что не пойду в полицию.
Он не ответил.
— Ник, я пытаюсь тебе помочь. Я знаю, ты не хочешь меня убивать. Ты прав, мы должны поговорить. Как взрослые. Поговорить об Эмили, нашей прекрасной дочурке. Мы вместе ее создали, Ник. Мы оба так сильно ее любим, и мы оба ей нужны. Я знаю, мы еще можем что-то придумать.
Последовала тишина, потом он отпустил мои волосы, и его вес перестал придавливать мне спину. Перекинув ногу, он встал. Я медленно поднялась на четвереньки, затем на ноги. Повернулась к нему и выдавила слабую улыбку.
— Спасибо, — сказала я.
Заглянув ему в глаза, я попыталась найти хоть какой-то след человека, которого я любила, но его взгляд остекленел. Когда он отпустил меня, я подумала, что он сдается, но теперь была уже не так уверена. Он казался старым и больным, глаза покраснели, изо рта капала слюна. Могла ли я положиться на то, что он не причинит мне вреда? Или стоило воспользоваться предоставившейся возможностью?
Я шагнула к нему и положила руки ему на плечи.
— Я все еще люблю тебя, Ник, — сказала я, а потом подняла колено и со всей силы и злости заехала ему по гениталиям. Он вскрикнул, скорчился и схватился за пах. Я подскочила к двери, открыла ее и выбежала в темноту.
На улице царил кромешный мрак, я ничего не могла разглядеть. Месяц был тонким, как кончик ногтя, звезд не было. Глаза никак не могли приспособиться к темноте. Я слышала, как Ник кричит мне вслед проклятия. Я его на время обездвижила, но через минуту боль отступит, и он побежит за мной. Спотыкаясь, я добралась до того места, где заканчивался гравий, и нашла дорогу, по которой мы пришли. Это был самый быстрый путь до трассы, но слишком очевидный. Я решила идти через сад в надежде, что там найдется дыра в заборе или место, где можно спрятаться. Мои ноги увязали в длинной росистой траве, пока я двигалась вниз по склону. Я знала, что могу напороться на камень или кроличью нору, но все равно вынуждена была бежать, несмотря на то что кругом стояла такая темень, будто у меня на глазах была повязка.
— Таш! Таш!
Застыв, я оглянулась. Ник стоял в дверях, освещенный пучком света из прихожей. Он всматривался в темноту, пытаясь различить меня. Я была не более чем в тридцати метрах от него — слишком мало. Я побежала дальше, стараясь не издавать ни звука.
Впереди меня что-то темнело, что-то широкое, будто гигантский лист серого металла. Озеро. Я вполголоса чертыхнулась. Но было уже слишком поздно, я не могла повернуть назад. Я слышала, как пыхтит за спиной Ник, пробираясь через кочки. Слышала, как он споткнулся и упал.
— Таш! Стой! Тебе не сбежать от меня! Выхода нет.
Впереди я различила очертания маленькой лодки. Не знаю, почему, но я припустила к ней. Я бы никак не смогла переплыть через озеро и сбежать, но что-то меня притягивало. В лодке было деревянное весло. Я подняла его и взвесила в руках.
Ник уже успел подняться на ноги и быстро приближался. Я слышала его тяжелое дыхание. Мои глаза постепенно привыкали к темноте, я уже могла различить его белую рубашку, движущуюся в моем направлении. Я размахнулась веслом и ударила его, целясь в лицо. Весло было гораздо тяжелее трубки от пылесоса и шарахнуло ему по носу. Его развернуло, и я ударила снова — на этот раз удар пришелся по щеке. Его челюсть обвисла, из ноздрей струилась кровь. Я ударила в третий раз, отбрасывая его назад. Весло полетело следом, стало бить его по лицу снова и снова. Как будто обрело собственную жизнь, а я его не останавливала.
Раздался плеск: Ник упал в воду.
— Таш… — булькнул он.
Я уронила свое оружие и побежала. Взлетела вверх по склону, пронеслась по траве, потом по гравию. Впереди была дорога, которая вела к трассе. Я бежала со всей скоростью, на какую была способна. Так, словно он преследовал меня, хотя я знала, что он тонет.
Впереди показался «Рэндж Ровер». Джен, должно быть, сменила машину. Я подбежала к нему и дернула за ручку. Дверь была не заперта. Я залезла на водительское сиденье. Ключ все еще торчал в зажигании. Я повернула его, и машина заурчала. Вот оно — средство спасения. Я должна была им воспользоваться. Но только вспомню ли я, как вести?
Глава 30
Тогда
Дженнифер
Я открыла Наташину дорожную сумку, вытащила оттуда вещи Эмили и разложила на кровати, как для военной инспекции. Подгузники и влажные салфетки. Полосатое боди, застегивающееся между ног, и милое беленькое платьице с очень короткими рукавами — на обоих все еще торчали этикетки. Я сорвала их, но остались пластиковые кольца, на которых они висели. «Неважно, — подумала я, — она недолго будет носить “Асду”».
Эмили все еще крепко спала, утомленная событиями прошедшей ночи. Я же, напротив, глаз не сомкнула. От Ники до сих пор не было ни слуху ни духу, и я не знала, что делать дальше. Ждать в мотеле или вернуться в Ред Хау? Ник разозлится, если я нарушу договоренность, но все же… У меня было тревожное предчувствие.
Я вытряхнула содержимое дорожной сумки, на кровать упали Наташины телефон и кошелек. Я вздрогнула, как будто бы она внезапно вошла в комнату. Нужно было как можно скорее от них избавиться: они были уликами. Но, естественно, не здесь. Я взяла кошелек и вдохнула запах мягкой багровой кожи. Внутри было не так много налички: десятифунтовая купюра и несколько монет. Три карточки, две из них на имя Ника, и, как я знала,
