Современный детектив. Большая антология. Книга 12 - Андреас Грубер

Я скорчила гримасу. Об этом я еще не думала. Конечно же, Ник первым делом станет искать здесь, а значит, мне нужно найти какое-то другое укрытие.

— Не знаю, — ответила я. — Пойду в женское убежище или еще куда.

— Они для жертв домашнего насилия. В любом случае, их стало гораздо меньше с тех пор, как урезали финансирование. Ты, как обычно, не думаешь головой, позволяешь эмоциям себя контролировать. Посмотри на вещи трезво, Наташа.

— Я смотрю трезво, — запротестовала я. — Именно это я и делаю. Джен говорит…

Мама грохнула по столу бутылкой молока.

— Я бы ни на йоту не доверяла этой женщине!

— Правда? Так вот как ты запела. Я думала, ты ей сочувствуешь.

Назревал один из наших грандиозных скандалов. Когда мы ругались, мы всегда делали это по-крупному и в запале говорили друг другу такое, о чем потом жалели.

— Забудь о Джен, — устало сказала мама. — У нее свой интерес. Просто возьми мои деньги и иди в суд.

Ее упрямство меня раздражало. Почему она не понимает?

— Я бы с радостью, но из этого ничего не выйдет, — в тысячный раз повторила я. — Только не с Ником. Он не будет сражаться честно. Я должна обыграть его по его же правилам.

— Делай что хочешь. — Она взяла кружку и направилась вверх по лестнице. — Ты никогда не слушала меня раньше, с чего мне ожидать, что послушаешь сейчас?

Я сердито сложила руки на груди, а она поднялась к себе в комнату и захлопнула за собой дверь.

* * *

Ссора с мамой расстроила меня, ее слова эхом отдавались в голове, когда я пыталась заснуть. Но не могла глаз сомкнуть из-за нервного предвкушения. Я понимала, что сильно рискую, и все же убедила себя, что другого выхода нет. Теперь, когда я знала — по крайней мере, думала, что знаю, — где Эмили, я не могла не отправиться за ней. Любая мать на моем месте поступила бы так же, разве нет?

Когда я уходила, мама еще спала, и я не стала ее будить, чтобы попрощаться. Она опять попытается меня отговорить, подумала я, а очередной ссоры мне не выдержать. Я нуждалась в позитивной энергии, чтобы справиться с тем, что мне предстоит.

До вокзала Кингс-Кросс, где Джен должна была меня подобрать, я доехала на поезде. Вскоре показалась ее серебристая «Мазда» и остановилась возле меня. Закинув сумку на заднее сидение, я устроилась рядом с Джен.

— Все хорошо? — спросила она. — Готова?

— Конечно.

Она тронулась по направлению к автомагистрали М1. Дороги были переполнены, день выдался такой жаркий, что нам пришлось включить кондиционер на полную мощность. Я ощущала себя странно, сидя на переднем сиденье, когда всего несколько месяцев назад меня отправили вместе с Эмили на заднее. Я очень хорошо помнила ту дорогу на крестины. Как же я злилась на Джен за то, что та воспользовалась ситуацией и вела себя так, будто они с Ником до сих пор женаты. Оглянувшись на пустое заднее сиденье, я представила там Эмили в новом белом платьице, которое я купила для нее в «Асде».

Внезапно мне в голову ударила мысль.

— Блин! У нас нет детского сиденья.

Джен пожала плечами, как будто говоря, что это неважно.

— Купим. Давай подумаем об этом после того, как она будет у нас.

— Я все еще не знаю, куда мы едем.

— В глухие места к северу от Кендала. Дом стоит в стороне от населенных пунктов, к нему ведет собственная дорога.

— Идеальное место, чтобы спрятаться, — задумчиво пробормотала я.

— Именно. Но придется вести себя осторожно. Мы не можем просто подъехать, он увидит нас за несколько километров. Придется подождать до темноты и идти пешком.

Когда мы выехали на пустой отрезок трассы, Джен дала газу, и спустя недолгое время мы уже ехали со скоростью почти 150 км/ч. Я украдкой схватилась за края сиденья, глядя, как проносится пейзаж за окном.

— Так как же мы планируем попасть в дом?

— Владелец хранит ключ от задней двери в туалете на улице. Так удобнее: жильцы могут ходить на прогулку и возвращаться в разное время, и не нужно много ключей от основной двери. — Тут она заметила сомнение у меня во взгляде. — Ничего не изменилось, я уверена. Так здесь принято. Это тебе не Лондон, где в почтовый ящик нельзя заглянуть, чтобы не сработала сигнализация.

— Я все равно не могу представить, чтобы Ник не запер все на ночь, — сказала я. — Он одержим безопасностью.

— Но он и не подозревает, что мы знаем, где он. Он нас не ожидает, поэтому не будет слишком бдительным.

— А вдруг ключа не окажется? Тогда мы в пролете.

— У тебя есть план получше? — вспыхнула Джен.

— Нет, я… просто хотела сказать… — я замялась. Мне не хотелось ее критиковать, это было бы несправедливо. — Ты знаешь это место, знаешь, как там все устроено… Уверена, ты права насчет ключа.

— Мы зайдем всего на несколько секунд и тут же выйдем, он и не заподозрит. Хотела бы я увидеть выражение его лица, когда он обнаружит, что Эмили нет. — Она бросила мне заговорщицкий взгляд и рассмеялась.

— Не могу поверить, что мы это делаем, — ухмыльнулась я.

— Еще как делаем, солнышко.

Несколько километров мы ехали в непринужденной тишине, и я постаралась расслабиться. Джен уверенно гнала по быстрой полосе, вынуждая медленных водителей уступать дорогу. Мне казалось, будто я впервые по-настоящему вижу ее. Раньше она была всего лишь жалобным голосом в телефонной трубке, незваной гостьей, постоянно заявлявшейся к нам в дом. Она была крестом, который я должна была нести в наказание за то, что полюбила и нашла счастье. Себя я чувствовала виноватой, а ее презирала за зависимость от Ника, за то, что она цеплялась за прошлое и не могла его отпустить. Теперь же она сбросила свои цепи и вырвалась на свободу, стала силой, с которой приходилось считаться. Нику и в голову не придет, что мы объединились против него. Когда мы спасем Эмили и она будет в безопасности, я с большим удовольствием позабочусь о том, чтобы он не остался в неведении.

* * *

Дорога до Кендала заняла несколько часов из-за пробок и долгой стоянки на автозаправке, чтобы Джен могла отдохнуть и поспать. Мне было совестно, что я не могла сменить ее за рулем, и я пообещала себе: как только этот кошмар закончится, я снова начну учиться вождению — только на этот раз с настоящим инструктором.

Мы остановились поужинать в маленьком пабе. Я слишком нервничала,