'Фантастика 2025-169'. Компиляция. Книги 1-24 - Никита Киров
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
— А почему на девяносто девять процентов, а не на сто? — полюбопытствовал Ашот.
— Один я оставляю, на случай непредвиденных проблем, наводнения, землетрясения или теракта, например, на что никто повлиять не сможет, — пояснил я.
— А ты умный парень, Миша, — остро глянул вор. — Откуда так много знаешь о железнодорожниках?
— Думал, как дешево и без лишнего геморроя перевозить наш товар. Вот и изучал структуру и возможности железки, — ответил я. По сути, не соврал. Так всё и было, изучал, и даже работал с ЖД. Правда, в прошлой жизни, когда гнал металлопрокат и кучу другой продукции вагонами в столицу и порты Прибалтики. Но об этом, естественно, рассказывать не собирался.
— Ещё вопросы есть? — уточнил вор. Похоже, долгое обсуждение сделки начало его тяготить.
— Тенгиз, а почему именно мы? — уточнил Ашот — Ты влиятельный человек, да. Среди твоих знакомых цеховиков найдутся люди со связями, которые могут провернуть эту операцию в Москве и Ленинграде. О Кавказе я уже не говорю. Каждый местный деляга с удовольствием продаст эти сигареты, да.
— А сам как думаешь? — усмехнулся Абхаз.
Товарищ промолчал.
— На этот вопрос, я могу ответить, — снисходительно улыбаюсь своему «младшему брату». — Здесь Ашот всё просто. Тенгиз — вор авторитетный. Ему не по масти барыжничать. Его дело — овец стричь, территорию держать, общак собирать, чтобы братву на зонах греть, откинувшихся бродяг поддерживать. Даже если к местным деловым обратится, слух пойдет. Это ведь не шмотки с гоп-стопа барахольщикам скинуть. Тут предъявить могут. Мол, Тенгиз скурвился, торгашом стал, вагонами сигареты продает. Понятно, что Кавказ — дело особое. Многие воры в разных делах и схемах замазаны, которые к людскому отношения не имеют, и старые авторитеты могут объявить их зашкваром. Поэтому перебарщивать с такими операциями сильно не стоит. Тем более, уверен, что у батоно Тенгиза, врагов хватает, чтобы ему предъявить. Мы, по большому счёту, люди посторонние. Никто особо с Абхазом нас связывать не будет. Местных не знаем, болтать о деле не будем. Поэтому, подключить нас — лучший для него вариант. Никто ничего не узнает, а шестьдесят штук никому лишними не будут.
Опять этот быстрый, острый, как кинжал взгляд из-под черных бровей. Заметив, что я срисовал его реакцию, вор добродушно улыбнулся и погрозил пальцем:
— Я прав — ты очень умный. На ходу, как у вас русских говорят, подметки рвешь. Страшно с тобой говорить, дорогой, человека насквозь видишь.
— Батоно Тенгиз, не прибедняйтесь, — я растянул губы в вежливой улыбке. — Мне до такого волка как вы, очень далеко.
— Подхалим, — засмеялся, довольный похвалой вор. — Так что, будете продавать сигареты или нет?
— Пять минут, нужно кое-что прикинуть для окончательного ответа — попросил я.
— Хорошо, — вор, не торопясь, привстал с лежака, подхватил бутылку вина со стола и налил темно-вишневого вина в пузатый бокал. — Жду ответа.
Я призадумался. Отказываться в этом случае не стоило. Тенгиз обидится, перестанет нас воспринимать как людей, с которыми можно иметь дело. Да и когда такое бабло идёт в руки, всегда стоит рискнуть. Удача любит смелых. Но и об осторожности забывать тоже не следует. Варианты, как реализовать сигареты имеются. Первый — продать в Москве. Подключим Юджина и Айвана, тьфу, Женьку и Ваньку. Фарцовщики сигареты раскидают. И родня Ашота поможет со складом, реализацией. С машиной тоже что-нибудь придумаем, вопрос решаемый, сигареты сами загрузим-разгрузим, нас шестеро, если что, Гурама и других парней с разрешения патриарха подтянем. Но этот вариант не очень нравится. Всё-таки, фарцовщики — птицы не очень крупного полета. Сигареты сразу не толкнут, им придется с ними какое-то время возиться. Риск, что они засыпятся, тоже присутствует. Тем более, эти пацаны перед следаками долго запираться не будут. Выложат всё что знают, чтобы срок скостили. А значит, менты могут выйти на нас. Нет, этот вариант буду реализовывать, если другой не прокатит.
Второй — отдать сигареты на реализацию Герману, более интересный. Плюсов гораздо больше. Во-первых, по рассказам афганцев и моему первому впечатлению — мужик-кремень. Такой не сдаст. Во-вторых, обладает собственной командой. Собрать верных людей для разгрузки-погрузки, ему раз плюнуть. В-третьих, имеет связи на заводе, среди крупных цеховиков и деловых. Поэтому вполне может найти машину, склад и раскидать сигареты относительно быстро. В-четвертых, он возьмет на себя весь геморрой: продажу, хранение, организацию процесса транспортировки, если договоримся, конечно. В-пятых, об участии нашей команды будет знать он один. Решено, сначала поговорю с ним. Возвращаюсь в Кировакан, объясняю парням суть дела. Отправляю к нему Серегу на самолете, чтобы не терять время. Сам лечу в Москву, если Герман соглашается, звоню Абхазу, говорю Ленинградское направление. Надо, кстати, продумать условные фразы так, чтобы только нам понятно было, о чем речь. Если командир отказывается, мчусь на всех парах к патриарху, предварительно общаюсь и пробиваю обстановку с фарцовщиками. Но только в том случае, если Герман откажется. Ему предложу такую схему. Нам с каждой пачки рубль, естественно, с учетом денег Абхаза. Всё что сверх этого — его. Должно прокатить. Фарцовщикам выставлю те же условия. Они «американские Мальборо» смогут распродать по два-три рубля за пачку. Другое дело, что Америкой тут не пахнет, но подделку никто не должен отличить, кроме настоящих фанатов этих сигарет. С планом разобрался, пора давать ответ вору.
— Мы беремся за это дело, — выдохнул я. — С утра уедем в Армению, сразу же пошлю людей в Москву и Ленинград, пробивать почву. Думаю, через несколько дней смогу тебе сказать, куда отправлять вагон с сигаретами.
— Я не сомневался, дорогой, что вы примете это предложение, — улыбнулся Абхаз. — Настоящим мужчинам всегда нужны деньги. Такую возможность упускать нельзя.
Глава 27
Утром я поднял всю команду, не дожидаясь пока товарищи отойдут от банкета, устроенного Тенгизом, после купаний в бассейне. Олег с Ашотом поднимались тяжело и нехотя. После обильных возлияний, товарищи чувствовали себя не очень. Гурам, наотрез отказавшийся от спиртного, чем неслабо удивил десантника, встал с рассветом и выглядел удивительно бодрым и свежим.
Я, ещё в прошлой жизни,
