Титаник и всё связанное с ним. Компиляция. Книги 1-17 - Екатерина Барсова
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Сейдж замолчал, увидев, что по щеке Гарольда пробежала слеза.
— Попробуй, — прошептал Гарольд, — может у тебя, что-нибудь и получится?
Он посмотрел на Сейджа.
— Знаешь, сколько я их не видел?
— Сколько? — кивнул Сейдж.
— Если не брать во внимание все эти перемещения, то… тридцать два года, — ответил Гарольд.
— Ты не разу не возвращался? — удивился Сейдж.
— Нет… — покрутил головой Гарольд.
— Почему? — не понял Сейдж.
— Я всё это время боялся увидеть их… — сказал Гарольд.
— Родных? — спросил тихо Сейдж.
Гарольд покачал головой.
— Мамины глаза… — прошептал он, — она ведь… она меня узнала…
…День клонился к вечеру. Гарольд вышел на порог дома и закурил. В его памяти всплывали жуткие картины той ночи…
Эннис выволок его в коридор и потащил к выходу. Гарольд изо всех сил упирался, но ноги уже только скользили по мокрому полу, а из кают текла вода, не давая удержаться на ногах.
— Отпусти его! — раздался крик позади и Эннис остановился, сильно дёрнув Гарольда за воротник, так, что мальчик чуть не задохнулся.
Они обернулись назад. Прямо перед глазами Гарольда стоял человек, но мальчик не мог поднять головы, чтобы рассмотреть его, потому что воротник сжимал шею так сильно, что не давал дышать.
— Отпусти его, — услышал он знакомый голос.
— Опусти револьвер, — поднял Гарольда за воротник Эннис, — иначе он просто умрёт!
Мальчик сжался и почувствовал, что коленки задрожали от страха, а ноги сами собой безвольно повисли. Ему стало трудно дышать. Он набрал в грудь воздуха и изо всех сил дёрнулся, сорвав пуговицу с воротника рубашки. Ноги встали на пол. Но Эннис снова приподнял его так, что мальчик беспомощно повис в его руке.
— Мне ничего не стоит вернуться назад, чтобы прикончить тебя ещё младенцем, Эннис, — ответил человек.
Уотсон отпустил Гарольда и отшвырнул от себя. Гарольд упал на пол, в воду, вскочил и спрятался за своим спасителем. Он обхватил его и теперь выглядывал из-за спины, глядя на Энниса, сжимая в руках чемоданчик отца.
— Чего ты хочешь, Уотсон, — спросил человек, не отводя револьвера.
— То же, что и все, — ответил Уотсон, — спастись. Только не в шлюпках, а уйти с тобой. Ведь ты же имеешь отсюда выход? Мгновение — и ты там, где сухо и тепло. Правда?
— Я не знаю, о чём ты говоришь, Уотсон, — сказал человек.
— Ой, да ладно, сэр! Или кто ты? Я видел твой аппарат! У тебя в саквояже! И я знаю, что ты не просто пассажир! — крикнул Эннис.
— Ну и кто же я? — усмехнулся человек.
— Ты не просто инженер, — рассмеялся Уотсон, — ты опередил время, не правда ли? И ты знаешь, что через полчаса дело будет даже хуже, чем я думаю. Правда? И ты пришёл их спасти, а меня ты решил бросить? Думал отделаться вечерним чаем, и — «Энни, я так тебе завидую! Ты поплывёшь на „Титанике“, который в первом же своём плавании нырнёт на дно!» Ну, уж нет! Я позаботился о том, чтобы никто из твоих детей отсюда не выбрался! А миссис Августа и сама без них не уйдёт. Вот только с малышом Гарри ты мне помешал…
— Что же, — ответил человек, — если ты включал экран, значит, в базе данных ты уже есть.
Он достал смартфон и показал его Уотсону.
— Когда я его включу, чтобы вернуться в своё время, ты переместишься вместе со мной. Но сам решай свою судьбу. И молись, чтобы я это сделал как можно быстрее. Уходи… — он спрятал смартфон в шинель.
— Уходи! — крикнул отец и вскинул револьвер….
* * *
Мне виделась серая улочка,
Мне виделась улица верхняя,
Мне чудилась церковь унылая,
Туманный стоял городок,
И тихое утро над речкой,
Сестрёнка бежит навстречу,
Мне виделся садик у дома,
Где каждый цветок мне знакомый,
Я встал и гляжу в облака,
Родная и добрая, мне,
Забывшему всё в этом сне.
Мне виделся дом мой родной,
Забывшим всё в этом сне…
Мне виделся остров далёкий,
Мне виделся берег высокий,
Мне виделись чайки над морем,
Мне виделась тень корабля…
Как будто хранимая в сумерках
G.V.G.
Владимир Лещенко
Русский с «Титаника»
© Лещенко В.В., 2019
© ООО «Издательство «Вече», 2019
© ООО «Издательство «Вече», электронная версия, 2019
* * *
Памяти погибших при крушении «Титаника» подданных Российской империи посвящается
Часть первая. Ковчег железного века
Жить – не обязательно.
Плыть – обязательно.
Юлий Цезарь
Глава 1
10 апреля 1912 года. Юго-Восточная Англия
Поезд достиг Саутхэмптона в десять тридцать, опоздав на четыре минуты.
Город оказался ровно таким же, каким представлялся по картинкам и фото, и тем даже несколько разочаровал Ростовцева.
Аккуратные маленькие красно-кирпичные дома под красной же тронутой мохом черепицей, водосточные трубы и булыжник мостовых. Ухоженные крошечные садики и прекрасные английские газоны, своим качеством обязанные тому, что траву на них подстригают уже многие поколения обывателей. Прохожие на улицах – докеры, матросы, женщины в дешевых кричащих одеждах – и запах соли и йода, приносимый ветром с моря. Почему-то на этих улицах чужого города Ростовцев ощутил прилив сил, хотя дорога таки изрядно вымотала его. Он ведь без малого пять дней в пути.
Двое суток в комфортабельном купе берлинского экспресса, затем Париж.
В этой «столице Европы» он, впрочем, не задержался – лишь в вокзальном магазине купил разные дорожные мелочи да поменял рубли на фунты. Потом прокатился в подземке по маршруту «Де Венсен» – «Порт Майо» в забавном поезде из трех деревянных вагончиков на резиновых шинах, которые катились по специальным дорожкам, сделанным из бетона. Стоило это удовольствие всего пятнадцать сантимов – по курсу меньше гривенника.
По выходе из парижской «подземки» – пересадка уже на обычный поезд, идущий в Гавр, потом качка на маленьком голландском пароходике до Дувра – все по заранее купленным через контору искусника-Кука билетам.
Затем шумный и громадный
