Союз обворованных - Андрей Хазарин

— Правда, — подтвердил Казьмин. Посмотрел на неё с иронической улыбкой, вздохнул: — Ладно, замнем. Дай Бог, чтоб они вам больше не понадобились… Так, а вот документы. А вот тут, извините, квитанции. Распишитесь, вы на этой, а вы на этой…

— Чаю выпьете? — вспомнила обязанности хозяйки Ася.

— Или чего-нибудь покрепче, ради праздника! — подхватил я.

— А какой праздник-то? — удивился майор.

— Первая суббота на этой неделе. И первая прогулка Анны Георгиевны после ранения.

— Эх, — вздохнул Казьмин. — Я ж на службе… А, ладно, черт с ней! За такое грех не выпить.

Я плеснул нам с ним по рюмочке херсонской «Десны», Асе — «пепси-колы».

— А тебе, контуженная, крепкого не положено, а то мозги работать не будут. Последняя извилина разгладится.

— Это у нас одна извилина, да и та от фуражки, — процитировал старый милицейский анекдот Илья Трофимович. — Ладно, за здоровье хозяйки!

Выпили. Загрызли конфеткой. Закурили.

Казьмин затянулся, обвел глазами кухню:

— Что, ремонтировали недавно?

— Да, мы же здесь всего два месяца живем.

— Выменяли или у отъезжантов купили?

— Купили. Офис рядом, удобно…

Майор покивал, пожевал губами. Помолчал, глядя в стол. Наконец решился:

— Я, понимаете, ваши документы на оружие проверял. И обратил внимание, заявления ваши сам Кучумов завизировал. С подчеркнутой подписью.

— Как это — подчеркнутой?

— А он подчеркивает подпись, когда делать надо без задержки и в первую очередь… И вот я подумал… Слушайте, ребята: чем Слон держит Кучумова?

Примечания

1

Читателям, слегка забывшим английский язык, напоминаю: Merry Christmas! — это пожелание «Веселого Рождества!»

2

Читателям, слегка забывшим зарубежную феню, напоминаю: обставой называется охрана у польских уголовников.