Титаник и всё связанное с ним. Компиляция. Книги 1-17 - Екатерина Барсова

Он посмотрел мальчику в лицо.

— Ты помнишь, как тебя зовут? Кто твои родители? Ты помнишь, что тебя вытащили из воды? Помнишь где?

— Да… — хотел сказать Гарольд, но получилось несвязное мычание.

— Как тебя зовут? — спросил ещё раз врач.

— Га…р…, — прохрипел мальчик.

— Гарри? Тебя зовут Гарри? Откуда ты?

Вместо ответа Гарольд прилёг обратно на полку и закрыл глаза.

— Расслабьтесь, молодой человек, — услышал он, — я Вам сделаю укол. Это успокоит Вас, и лучше Вам ещё поспать.

Мальчик ничего не почувствовал. Ему показалось, что он уснул, прежде чем врач сунул под кожу иглу…

Он не помнил свой сон. Когда он проснулся, ярко светило солнце в тусклый иллюминатор. Гарольд попытался встать, чтобы подойти к двери и посмотреть, что там снаружи.

Он с трудом поднялся, прошёл два шага и упал у самой двери. Снова поднялся. С трудом. Уцепившись за дверную ручку. И даже приоткрыл двери.

Ноги были непослушные. Гарольд даже не почувствовал их. Зато сильно болела спина…

На палубе, приоткрыв дверь, он увидел людей. Там повсюду были люди. Они стояли, смотрели на море, сидели прямо на палубе и везде, где можно было присесть.

И было тихо. Почти никто не разговаривал. А те, кто говорил, старались переговариваться шёпотом…

Гарольд схватился за косяк двери, чтобы не упасть и посмотрел на море, потом в небо и увидел чайку. Ему показалось, что стало даже лучше, когда он поймал её взглядом. Так он провожал её полёт, пока она не исчезла из виду.

Голос врача словно второй раз разбудил его.

— Мы уже ходим? Ударился?

— Угу, — кивнул Гарольд, глянув на врача.

— Идём, — сказал врач и аккуратно взял Гарольда под руку и повёл обратно в койку, — ложись и лежи. Не нужно вставать в твоём состоянии. К тебе сейчас придут.

Сердце Гарольда тревожно заколотилось.

«Кто? Может мама спаслась? Или Чарли всё-таки прорвался к шлюпкам? Или Лилли?».

Он был хоть и маленький, но понимал, что женщин и детей должны были спасти!

«Это было бы несправедливо, если бы позволили умереть Сиду и Джесси! Они ведь были в своей каюте и им, конечно же, сказали, что нужно бросать всё и бежать…», — подумал Гарольд.

«За ними, наверное, пришли и отвели к шлюпкам… И Джесси меня ищет», — решил Гарольд, и с этой мыслью лёг на койку…

Но зашла Маргарет Браун.

«Вот так встреча… Откуда она знает, что я тут?», — подумал он, глядя на неё.

— Привет, — как-то просто поздоровалась она, присела рядом и заставила себя улыбнуться.

Гарольд хотел было улыбнуться в ответ, но у него не получилось. Комья подступили к горлу и дыхание перехватило…

— Ну, здравствуй, Гарольд, — сказала она, — ты смелый мальчик, раз выплыл сам в холодной воде!

Гарольд закрыл и открыл глаза снова, дав Маргарет Браун понять, что благодарит её за такие добрые слова.

— Я поняла, — улыбнулась Маргарет Браун, — ну, а разговаривать мы разучились?

Гарольд отвернулся. Он больше не хотел разговаривать.

— Не нужно так, — наклонилась Маргарет Браун над Гарольдом и погладила его по щеке, — ты единственный ребёнок, который здесь без родителей. Точнее, не единственный, но имена остальных мы знаем и их встретят родственники. А про тебя я ничего не знаю, кроме того что ты Гарольд. А между прочим, я составляю списки тех, кто спасся, а радист передаёт их в Нью-Йорк. Вдруг тебя там кто-то собирается встречать и не знает, жив ты или нет?

Гарольд повернулся к ней.

— А среди тех детей, которые без родителей, есть Карл Скуг? Он не ходит сам, он был на костылях! Я держал его до последнего и мы упали в воду почти вместе!

Маргарет Браун грустно опустила глаза.

— Я понял, — ответил Гарольд, — можете не отвечать.

— Ты благородный человек, — сказала Маргарет Браун.

Гарольд посмотрел на неё и тихо проговорил.

— Наш дядя Томас, брат папы, должно быть очень переживает за нас.

— Ну вот, молодец, — улыбнулась в ответ Маргарет Браун, — настоящий маленький герой! Ведь тебя вытащили из воды почти в миле от корабля! И тебе повезло, что ты доплыл до шлюпок, сам или с Божьей помощью. Взрослые не смогли этого сделать. Я обязательно расскажу репортёрам, как ты пытался спасти своего друга! Но как зовут нашего героя?

Гарольд посмотрел на неё.

— Никакой я не герой. Я ведь его не спас? А вы… Вы сестра миссис Эмили Браун?

— А ты знаешь её? — спросила Маргарет Браун.

Гарольд медленно кивнул в ответ.

Маргарет Браун встала.

— Я скоро приду, — сказала она и, грустно улыбнувшись, вышла.

Прошло где-то четверть часа. Дверь открылась. На пороге стояла мама Фрэнки. Она была уставшая, побледневшая и отрешённо смотрела на Гарольда.

— Здравствуйте, миссис Браун, — прохрипел Гарольд и виновато заплакал…

— Глупенький… — проговорила мама Фрэнки, присев возле мальчика, — ну, что же ты так?

— Я его потерял… уже в воде… — ответил тихо Гарольд…

Мама Фрэнки вздохнула, взяла Гарольда за руку и, прижав её к своим глазам, тихо заплакала.

Гарольд улыбнулся ей, потом закрыл глаза. Голова закружилась и он куда-то полетел — или вверх или вниз… Но глаза мальчик больше не открывал…

Мама Фрэнки что-то закричала и на её крик прибежал врач. Следом за ним Маргарет Браун, которая так же бросилась к Гарольду, пытаясь привести его в чувство…

— Он умер… у него остановилось сердце, — услышал Гарольд голос доктора сквозь беспамятство, — мне очень жаль, леди…

«Я умер…» — пронеслось в мыслях Гарольда и его охватило совершенное безразличие…

Глава 13

НЬЮ-ЙОРК; 20 АПРЕЛЯ 1912 ГОДА; «КАРПАТИЯ»

— Да он живой! — закричал один из матросов, увидев кровавую струйку, идущую из носа мальчика, лежавшего среди тел погибших пассажиров «Титаника».

Бросив всё, матрос выбежал на палубу.

— Капитан Ростон![146] У нас живой! — закричал матрос и Ростон бросился на его крик.

Они быстро сбежали в трюм и замерли, глядя как мальчик пытается подняться.

— Позовите доктора, — повернулся к матросу Ростон, — принесите сухую одежду, любую! Носилки сюда! Всё, что найдёте, чёрт побери! Только бегом!

Матрос выбежал. Ростон спустился в трюм и приподнял мальчика.

— Э-эй, дружище! С возвращением с того света! Ну и напугал ты нас, сорванец… — произнёс Ростон.

В этот вечер «Карпатия» гудела. Оживший покойник, по крайней мере тот, кого таковым считали, был мальчик лет девяти. Он не разговаривал, а только испуганно смотрел на всё вокруг, не понимая, что происходит.

В лазарет, чтобы посмотреть на того, кто вернулся с того света, приходили даже с других кораблей. А когда его выносили на носилках по