Весь Эдгар Берроуз в одном томе - Эдгар Райс Берроуз

и прочешем местность, но берегитесь неверного. У него револьвер и мушкет шейха.

Беглецы услышали звуки удалявшейся погони, прокладывающей себе путь к реке через джунгли.

— Думаю, нам следует уходить, — объявил Коулт. — И хотя идти будет тяжело, я полагаю, что лучше некоторое время придерживаться зарослей и держаться подальше от реки.

— Да, — согласилась Зора, — к тому же, в этом направлении расположен лагерь.

И они двинулись в долгий, утомительный путь на поиски своих товарищей.

Ночь застала их в густых зарослях джунглей. Одежда свисала лохмотьями, тела были исцарапаны и изранены, безмолвно и мучительно напоминая им о пройденном трудном пути.

Голодные и томимые жаждой, они устроили ночлег на ветвях дерева, где Коулт соорудил примитивное ложе для девушки, сам же приготовился спать на земле под деревом.

Но Зора на это не согласилась.

— Вот уж совсем ни к чему, — сказала она. — Мы не в таком положении, чтобы позволить себе стать жертвами всяких глупых условностей, которые определяют нашу жизнь в цивилизованной жизни. Я ценю ваше благородное решение, однако будет лучше, если вы подниметесь ко мне, чем останетесь там внизу, где можете стать жертвой первого же льва.

Тогда с помощью девушки Коулт соорудил второе ложе рядом с первым. В темноте они вытянули свои усталые тела на грубых постелях и попытались уснуть.

Скоро Коулт задремал и во сне увидел стройную фигуру богини с глазами-звездами и с мокрыми от слез щеками, а когда обнял её и поцеловал, то увидел, что это Зора Дрынова, но тут страшный звук, донёсшийся из джунглей, вдруг разбудил его. Коулт рывком сел и схватился за ружьё.

— Лев вышел на охоту, — сказала девушка тихо.

— Фу! — воскликнул Коулт. — Кажется, я заснул, вот и напугался во сне.

— Да, вы спали, — заметила Зора. — Я слышала, как вы разговаривали во сне.

Он почувствовал в её голосе смех.

— Что я говорил? — спросил Коулт.

— Может, лучше не надо. А то ещё смутитесь, — ответила Зора.

— Нет. Ну же, я прошу вас.

— Вы сказали: «Я люблю вас».

— Неужели?

— Да. Интересно, кому вы говорили это? — поддразнила его Зора.

— Сам удивляюсь, — смутился Коулт, припоминая, что фигура одной девушки из сна сливается с фигурой другой.

Заслышав их голоса, лев, рыча, удалился. Он не охотился на ненавистных ему людей.

Глава 12

ТРОПОЙ СТРАХА

Медленно тянулись дни для мужчины и женщины, разыскивающих своих товарищей, дни, полные утомительных усилий, направленных в основном на добывание пищи и воды для поддержания духа. Коулт все больше и больше поражался характеру и личности своей спутницы. Он с тревогой заметил, что Зора постепенно слабеет от усталости и скудной пищи, которую ему удавалось добыть. Однако держалась она мужественно, старательно скрывая от Коулта своё состояние. Она ни разу не пожаловалась, ни разу ни словом, ни взглядом не упрекнула его за неумение раздобыть достаточное количество пищи, из-за чего он сам сильно страдал. Зора не знала, что Коулт часто сам недоедал, отдавая ей свою пищу, а, вернувшись, говорил, что съел свою долю раньше. Обман этот удавался потому, что во время охоты он часто оставлял Зору отдыхать в каком-нибудь сравнительно безопасном месте, чтобы девушка не тратила понапрасну сил.

Вот и сегодня он оставил её в безопасности на большом дереве у извилистого ручья. Зора очень устала. Ей казалось, что её усталость приобрела постоянный характер. Мысль о продолжении пути пугала её, и все же она понимала, что идти надо. Зора спрашивала себя, сколько же ей удастся пройти, пока она окончательно не свалится с ног от усталости. Однако беспокоилась она отнюдь не о себе, а об этом человеке, выходце из мира капитала, мира богатства и власти, чья постоянная заботливость, бодрость и нежность явились для неё откровением.

Зора знала, что когда она уже не сможет идти дальше, он не бросит её и тем самым потеряет шанс выбраться из этих мрачных джунглей, а все из-за неё. Ради его же блага она надеялась, что смерть придёт к ней раньше и тем самым освободит его от ответственности за неё, а, избавившись от обузы, он сможет быстрее найти этот призрачный лагерь, который казался ей сейчас едва ли не бесплодной фантазией. Однако при мысли о смерти сердце её сжалось, но не от страха, что было бы вполне естественно, а совершенно по другой причине, внезапное осознание которой потрясло её. Сделанное ею открытие своей трагичностью вызвало в ней ужас. Эту мысль нужно было немедленно прогнать прочь, не допускать ни на секунду, и все же мысль эта возвращалась к ней, возвращалась с тупой настойчивостью, вызывавшей слезы на её глазах.

Коулт в это утро зашёл в поисках пищи дальше обычного, поскольку выследил антилопу. При виде такого количества мяса воображение его разыгралось, особенно при мысли, что теперь здоровье Зоры пойдёт на поправку, и он стал упорно преследовать мелькавшую вдали добычу.

Антилопа лишь смутно ощущала присутствие врага, так как шла против ветра от Коулта и не чуяла его запаха, мелькание же человека поодаль не вызывало у неё ничего, кроме любопытства, так что хотя она и удалялась, но часто останавливалась и оборачивалась из желания удовлетворить своё любопытство. В какой-то момент животное замешкалось, и отчаявшийся Коулт выстрелил издалека. Животное рухнуло на землю, а человек не смог сдержать громкого крика торжества.

Шло время, и Зора испытывала все возраставшее беспокойство. Никогда раньше Коулт не оставлял её так долго, поэтому она начала рисовать себе различные несчастья, которые могли подстеречь его. Она пожалела, что не пошла вместе с ним. Знай она, где его искать, то последовала бы за ним, и вынужденное бездействие тяготило её. Неудобное