Титаник и всё связанное с ним. Компиляция. Книги 1-17 - Екатерина Барсова
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
— Вот тут, — указал он на лампу, — должна быть не лампа, а стальной цилиндр, чем меньше тем лучше.
У Фредерика перехватило дыхание и казалось, он потерял дар речи. Фредерик только молча смотрел на то, как Гарольд включил в сеть его прибор и выжал ручку переключателя мощности. Лампа загорелась и начала вращаться. Датчики спидометра показали скорость её вращения.
— И тебе нужно увеличить мощность и напряжение, — серьёзно посмотрел на отца, постучав пальцем по датчикам, Гарольд, — нужно, хотя бы, 220 Вольт. А на 110 ты не добьёшься эффекта горизонта событий и возникновения поля пространства-времени. Скорость вращения напрямую зависит от напряжения. Чем быстрее вращается цилиндр с поданным напряжением — тем активнее подвижное магнитное поле, скорость которого должна превысить скорость света.
Гарольд посмотрел на вращающуюся лампу и перевёл взгляд на отца.
— Систему вычисления координат пространства-времени ты ещё не продумал?
— Я ничего не понимаю! — вскричал Фредерик, — ты… — посмотрел он на сына, — ты откуда знаешь про… — он замолчал.
— Ты рылся в моих дневниках? — удивлённо развёл руками Фредерик, — но как? Как ты открыл мой шкаф?
Гарольд покрутил головой.
— Я не рылся у тебя в шкафу, папа. И если ты ещё не понял ничего, то.. — глянул он на приспособление, — ты веришь в то, что ты делаешь?
— Я уже ничего не понимаю, — ответил удивлённо Фредерик, — ты… ты точно Гарольд?
— Я Гарольд, — кивнул мальчик, — и я не понимаю, почему вы вдруг начали меня бояться. Разве плохо делать всё то, что я делаю сейчас? Разве было лучше, когда я всего боялся? Я помогаю маме. Я убираю за собой и мою посуду, стал аккуратным и даже начал рисовать, чего раньше и не умел. Или ты подумал, — указал он на доску, — что я не смог бы оценить твоё изобретение, потому что мне всего лишь девять лет?
— Изобретение? — не понял Фредерик.
— Изобретение, папа, — присел на табуретку Гарольд, — разве ты стал бы заниматься чем-то пустым и ненужным, и прятать от нас что-то пустое и никому не нужное, в своей мастерской? Я думаю, что ты, и доктор Тесла, не просто так изучаете свойства подвижного магнитного поля. Ведь вы изобрели машину времени, но современные технологии не позволяют вам привести её в действие. Вот вы и пытаетесь достичь результата используя ранее созданные вами изобретения.
Фредерик даже не присел, а упал на табуретку.
— Ладно, — произнёс он тихо, — ну, а при чём тут «Титаник»?
— Если мы сядем на него, то мы все погибнем на «Титанике», — продолжал Гарольд, глядя на отца, — он утонет, и погибнет очень много людей. И мы в том числе. Разве я говорю что-то страшное и невероятное?
— Страшное? — едва не закричал на сына Фредерик.
— Да, страшное, — кивнул Гарольд в ответ, — я предвижу гибель «Титаника» и нашу смерть. И я очень ясно вижу катастрофу… и маму с Уиллом, Джесси и Сидом… когда «Титаник» тонет…
— Что ты такое говоришь, сын? — чуть не накричал на Гарольда Фредерик, — как тебе в голову могли прийти такие страшные мысли?
— Никто не выживет из нашей семьи если мы сядем на «Титаник», — ответил Гарольд, — но дядя Томас… — он помолчал и глянул на отца, — ты мне не веришь, папа?
— Ты сильно ударился головой… — начал Фредерик, — нет, ты умный и начитанный мальчик, но ты ударился головой и тебе кажется, что этот… будто кто-то сидит в тебе и что-то тебе говорит…
— Но это произойдёт! — обиделся Гарольд, — он утонет и я слышу голос которым мне это говорит! Это говорит мой друг! Его голос звучит как бы во мне, когда я ложусь спать… Я слышу и знаю всё что с нами будет. Это даже не голос в голове. Он звучит как бы из будущего! Это работает та самая машина, которую вы придумали с мистером Теслой!
— И ещё у тебя есть похвальная, но с другой стороны очень нехорошая черта, — словно уточнил Фредерик, — ты мальчик любопытный, и хорошо, что ты интересуешься наукой. Но не ройся в моих вещах, тем более в записях, без спроса! Хорошо?
Гарольд опустил глаза и кивнул.
— Хорошо папа… мне очень жаль, что ты мне не веришь…
— Это хорошо, что ты изменился в лучшую сторону, — усмехнулся Фредерик, — но никому не рассказывай, что в тебе кто-то сидит. Это напоминает сумасшествие и я тоже сейчас думаю, что тебя стоит показать врачу.
— Но папа! — возмутился Гарольд, — я просто стараюсь исправить свои старые ошибки! И он… и мы с ним хотим предупредить вас об опасности! Я ведь никому не рассказывал это кроме тебя! Я специально рисовал картинки и положил свой альбом на самом видном месте, чтобы он попал к маме!
— Ты уже предупредил! Ну, а что говорит тебе твой друг? Как мы окажемся на «Титанике»? У нас билеты на другой пароход, — улыбнулся и посмотрел на сына Фредерик.
— Нас не пустят на наш пароход, — сказал Гарольд, — мы ведь католики… — он помолчал, — у нас не останется выбора.
— И как же зовут твоего друга, который тебе всё это рассказывает? — снова улыбнулся Фредерик.
— Я знаю, кто он… но я не могу тебе этого сказать, — встал Гарольд, — потому что ты не поверишь мне, — Гарольд направился к выходу, но у самой двери обернулся и посмотрел на отца.
— Он говорит, что оставит меня тогда, когда тебе предложат купить билеты на «Титаник». Тогда он появится. А сейчас перемещаться сюда в физическом теле просто нет смысла. Он в барокамере, в 2018 году. Не бойтесь за меня, папа. Я не сошёл с ума. И не надо по поводу меня писать письмо мистеру Юнгу…[122]
Гарольд вышел. Фредерик посмотрел на грузовик.
— Нет, — усмехнулся он, — удары по голове часто бывают полезными…
Он встал и закрыл крышку мотора.
— Ну хорошо, — начал рассуждать сам с собой Фредерик, — про свечи он сто раз от меня же и слышал! Про машину времени прочитал в моих записках… Увлёкся парень, бывает. Про параметры «Титаника» он прочёл в газете. Про них ведь только ленивый не рассказывал, — рассмеялся он, — об этом писали много раз! Но откуда он знал, что я только что подумал про Юнга?
Фредерик ударил кулаком по грузовику.
— Откуда он знает, о чём я сейчас подумал? И откуда ему известно, что я вообще знаком с Юнгом, если мы с его матерью никогда об этом человеке даже не разговаривали! — вскричал Фредерик.
…Фредерик вернулся домой, когда уже было темно.
— Что дети? — с
