Титаник и всё связанное с ним. Компиляция. Книги 1-17 - Екатерина Барсова

— С тобой всё в порядке? — спросил Уилл и ещё раз потормошил Гарольда.

— Да… — ответил он, — где я?

— Ты на улице, Гарри, — ответил Уильям и отпустил его плечи.

— Гарольд! Гарольд упал! — подбежала испуганная девочка.

— Джесси..? — глянул он на девочку, а та бросилась к нему.

— Гарольд, я так испугалась за тебя! С тобой всё хорошо? — обняла, буквально схватила она Гарольда.

— Где я? — снова спросил Гарольд.

— На улице! На улице, возле своего дома! — чуть не вскрикнул Уильям.

— Какой сейчас… день?

— Ну, ты… тебе надо домой, отведи его, Джесси, — сказал Уилл, не сдвинувшись с места.

— Идём, братик, — сказала Джесси и повела Гарольда через дорогу. Он оглянулся на Уильяма. Тот провожал их взглядом, удивлённым и напуганным.

— Какое сейчас число? — спросил Гарольд у Джесси.

— Второе апреля, — ответила она.

— А год?

— Ты забыл год? Ты заболел? Тебе плохо? — заговорила Джесси, остановившись и посмотрев в лицо Гарольду.

— Год… — проговорил он.

— Одна тысяча девятьсот двенадцатый.

— Двенадцатый?

— Да…

— А где я?

— В Фулеме… На улице Вернон… Ты помнишь, как тебя зовут?

— Да, — прошептал он, — Гарольд… Гарольд Виктор Гудвин…

С порога Гарольд услышал запах печёных пирожков, а крик Джесси оглушил мальчика.

— Мамочка! Мамочка! Гарольд упал! Он ударился! Он всё забыл!

— Сыночек! Мальчик мой, Гарри! — Августа выбежала навстречу и схватила сына.

— Что случилось, Джесси?

— Он просто упал! Упал! Мы играли в мяч, когда он просто упал и ударился головой! — сквозь слёзы заговорила Джесси.

— О Боже! — вскрикнула Августа, пытаясь отыскать кровь на голове у Гарольда. Но крови не было. Августа успокоилась и прижала к себе мальчика. Лилли, старшая сестра, увидев такую картину, просто остановилась посреди кухни, пытаясь разобраться, почему Джесси плачет, а Гарольд, в недоумении, пытается успокоить маму и сестру…

— Да… всё нормально… — говорил Гарольд, — можно я пойду к себе? Мне надо полежать.

— Да угомонитесь вы! — наконец не выдержала Лилли, — дайте вы ему сказать, мама, Джесси! Прекратите истерику!

Те замолчали и наконец обратили внимание на самого Гарольда.

— Я пойду наверх, к себе, — махнул рукой Гарольд.

— Тебя провести, сынок? — взволнованно спросила Августа, но Гарольд качнул в ответ головой.

— Пусть Джесси проведёт.

— Хорошо, — вздохнула Августа, хватаясь за сердце, — только обещай, что ляжешь и будешь лежать. А я пошлю Лилли за доктором. Договорились?

— Угу, — кивнул Гарольд и посмотрел на Джесси, — отведи меня?

— Конечно, пошли братик, — заплакала девочка и взяла Гарольда под руку, будто он не мог ходить сам.

В детской Гарольд прилёг на кровать. Джесси стояла над ним и продолжала причитать, что Гарольда очень сильно раздражало. Он уже не понимал, почему у него болит голова. То ли сама от удара об тротуар, то ли от причитаний сестрёнки.

— Гарри! Гарри! Что же теперь будет? Ты теперь будешь больной. Не переживай, я буду ухаживать за тобой! — словно успокаивала его Джесси.

— Джесси, — схватился Гарольд за голову, — помолчи, прошу! Голова болит!

Джесси замолчала и удивлённо посмотрела на брата.

— Это кровать Чарли, он будет ругать тебя, — сказала девочка.

— Я знаю, — ответил Гарольд.

Джесси указала на верхний ярус кровати напротив.

— А ты должен лечь туда.

— Чарльз переживёт, закрыл глаза Гарольд, — доктор же не полезет наверх?

— Пусть будет так, — кивнула Джесси, — я ему не скажу, но только ты заправь, как было? Хорошо?

— Хорошо… — надул губы Гарольд.

Он встал, когда Джесси вышла. Подошёл к большому зеркалу у стены и посмотрелся в него. Стянул с себя куртку и свитер, аккуратно сложил их на стул и, сняв ботинки, прилёг на кровать и заплакал.

Гарольд попытался задремать, и почти заснул, но едва он проваливался в сон, как тысячи голосов из ниоткуда начинали ему что-то шептать, неразборчиво, хором, сразу и все, звали на помощь, вопили, кричали и это были предсмертные крики сотен людей. Мальчик испугался. Но успокоился, когда один из этих голосов он услышал ясно и понял, что это голос друга, который пришёл ему помочь. В начале этот голос произносил только одно слово, которое Гарольд ясно понимал: «Титаник»… Новый друг говорил что-то ещё. Сначала Гарольд не мог этих слов разобрать. Слова звучали глухо, медленно, протяжно, но вскоре мальчик понял их смысл…

…Доктор пробыл не долго. Он осмотрел глаза Гарольда, потом голову и нащупал небольшую шишку на затылке.

— С вашим сыном всё в порядке, миссис Гудвин, — сказал доктор Августе, — небольшая шишка на затылке, судя по всему, получена вовсе не сегодня.

— Но он без причины упал и потерял сознание, доктор Келли, — ответила ему Августа.

— Обмороков без причин не бывает, — посмотрел на неё доктор Келли и снова начал рассматривать глаза мальчика, — мальчик растёт, и это надо учитывать. Пусть немного отлежится. Удар головой был не сильный, миссис Гудвин. Конечно, он ударился, и у него лёгкая контузия. Но сознание он потерял не потому, что ударился, а наоборот. Он у вас сильно переутомлён! И это должно быть Вам заметно без моего вмешательства. Ему бы выспаться не мешало.

Доктор оставил Гарольда в покое и уже просто сидел над ним, разговаривая с Августой.

— Он постоянно читает, — словно пожаловалась Августа, — порой мы его застаём за этим занятием даже среди ночи.

— Плохо, — ответил доктор и глянул на Гарольда. Гарольд смутился.

— Читать можно только при хорошем свете, молодой человек, — спокойно проговорил доктор Келли и встал.

— А при свете керосиновой лампы? — виновато спросил Гарольд.

— Если Вы хотите носить очки — тогда можно, — кивнул доктор Келли.

— Я не хочу носить очки, — Гарольд даже испугался.

— Читайте днём, мистер Гудвин, — ответил ему доктор, посмотрев на мальчика, — и в Вашем возрасте нужно хорошо спать, если Вы не хотите опять где-нибудь упасть в обморок.

Гарольд больше молчал, слушая доктора Келли.

— Ну, мне пора, миссис Гудвин, — откланялся, наконец, доктор, — кстати, буквально перед визитом в ваш дом, я был у вашего супруга в мастерской.

— Что с ним случилось? — Августа испугалась, а у Гарольда тревожно заколотилось сердце.

— С ним? — переспросил спокойно доктор Келли, — ничего не случилось. С его помощником, мистером Уотсоном, произошёл несчастный случай. Эта механика… — помолчал он, — она ни к чему хорошему не приведёт, я уверен. И поэтому предпочитаю медленные кабриолеты всем этим современным скоростным мотоциклетам.

— Я надеюсь, с мистером Эннисом Уотсоном всё в порядке? — успокоилась Августа, но по прежнему тревожно слушала доктора Келли.

— Можете даже не сомневаться, — успокоил её доктор Келли, складывая свой саквояж, — молодой мальчишка, восемнадцать лет и без шрамов? Ему рассекло щеку винтом. Он сам плохо его закрепил, и винт сорвался с двигателя. А Ваш супруг попросил вас