Титаник и всё связанное с ним. Компиляция. Книги 1-17 - Екатерина Барсова

синих, жёлтых, зелёных скляночках и окунуть дом и всю его большую семью в праздничное, волнующее чудо Рождества.

Джесси вполне разделяла мечты младшего брата и тихонько шушукалась с ним про то кто начнёт первым, и какие свечи будут чьими. Дети пытались угадать что мама завтра поставит на стол и будет ли их любимый яблочный пирог, и вообще как начнётся праздник. Тогда можно будет долго не спать, загадывать желания и прислушиваться к каждому шороху на крыше, и даже ни чуть не бояться этих шорохов, ожидая Святого Николая.

А вот Уильям был равнодушен. По крайней мере он казался таким. Не потому, что не верил в Рождество, а потому что знал, что подарки тайком положит папа, а мама будет отвлекать всех их, троих, уведёт под любым предлогом подальше от камина. И Уильям даже знал кому что подарят в этом году на Рождество, потому что подарки уже были спрятаны в шкафу у мамы, куда никто не лазил.

Он делал вид, что ему совершенно всё равно о чём там шепчутся Гарольд и Джесси между собой и Уильям незаметно подглядывал за ними, делая вид что усердно пишет письмо Святому Николаю.

Гарольд верил, что это письмо непременно доставят куда-то далеко-далеко и его прочитает сам Святой Николай. Поэтому он старался не мешать брату. Джесси тоже старалась не мешать. И даже Лилли, проходя мимо детской остановилась и тихонечко прошла мимо, не поздоровавшись громко, как это делала всегда, а махнув брату и сестре рукой, просто приветливо улыбнулась.

Уильям пыхтел, краснел, чесал то затылок, то лоб, но письмо всё-таки дописал. Он аккуратно сложил его вдвое и запечатал в огромный самодельный конверт. А там где обычно писали адрес аккуратно вывел: «Святому Никалаю!!!».

— Всё! — торжественно объявил Уильям.

— Почему так долго? — искренне возмутилась Джесси.

— Ну я же не виноват, что писать надо «Манчестер», а читать «Ливерпуль»? — ответил, даже возмущённо, Уильям.

— А что ты там написал? — воскликнул Гарольд обидевшись, что брат не прочитал им с Джесси письмо и рассказывает про какие-то Манчестер с Ливерпулем…

— Ну ты же знаешь, что это секрет! — округлились глаза у Уильяма, когда он удивлённо глянул на Гарольда, не поняв почему это Гарри вдруг обижается.

Гарольд обиженно отвернулся.

— Вдруг ты забыл, что…

— Тихо! — прервал его Уильям, — нельзя желания произносить вслух до наступления Рождества!

Гарольд вздохнул, сложил руки на груди и насупившись посмотрел на брата.

— И не буду! Но ты не забыл, то о чём я тебя просил?

— Не забыл, — серьёзно ответил Уильям.

— Уилл, а про то что я просила? — проговорила тихонько Джесси.

— Да как тут забудешь! — усмехнулся Уильям, — ты наговорила в сто раз больше чем Гарри и всё об одном и том же!

— А про Сида? — словно испугалась Джесси, — вдруг он забудет про Сида?

Уильям выдохнул глядя в потолок и отложил перо.

— Джесси! — чуть не закричал он, — ну почему бы я вдруг забыл попросить Святого Николая про нашего, самого любимого, младшего братика? Ну? — посмотрел он на сестру.

— Прости, Уилл, — опустила глаза девочка, — мне показалось, что мы постоянно забываем о нём, прости.

— Ладно тебе, — поднялся Уильям разгладив ладонями колени брюк, — я понёс письмо папе, а он отправит его Святому Николаю.

— А где живёт Святой Николай? — вскочил вдруг Гарольд.

— Вспомнил! — остановился усмехнувшись и обернулся к брату Уильям.

— А можно я отнесу? — подскочил к нему Гарольд и попытался отобрать конверт.

Уильям поднял конверт над головой как можно выше и улыбаясь наблюдал, как Гарольд тянется на цыпочках за конвертом вверх, подпрыгивает и кряхтит изо всех сил, стараясь достать его.

— Ладно уж, на, — опустил конверт Уильям и Гарольд схватил его.

— Спасибо, Уилл! — крикнул мальчик с коридора и со всех ног помчался к папе и маме на кухню.

— Папа! Папа! — подлетел Гарольд к Фредерику, — мы написали! Уилл тут все наши желания написал! Ты отправишь это письмо Святому Николаю?

Гарольд отдал Фредерику письмо и встал глядя на отца.

— Конечно, сын, — улыбнулся Фредерик, — и? Чего мы хотим?

— А ты честно отправишь? — прошептал Гарольд воодушевлённо как никогда, — ведь мы не написали адрес? А Уилл не знает где он живёт, я спрашивал!

— Почему ты так думаешь? — улыбнулся Фредерик.

— А я у него спросил, а он не знает, — ответил Гарольд.

— В мире только один Святой Николай, — успокоил Гарольда Фредерик, — только один, которому пишут письма дети.

— И ты писал? — спросил серьёзно Гарольд.

— И я писал, — кивнул в ответ Фредерик.

— И он их исполнил?

— Исполнил.

— Все?

— Все!

— Ура! — вскрикнул Гарольд и пулей побежал в детскую, чтобы сообщить Джесси и Уильяму эту чудесную новость услышанную от папы…

…В цеху уже не было никого. Джек продиктовал Чарли последние данные для бирки и мальчик устало отложил перо.

— Ты тоже выдохся, Чарли? — спросил Джек.

— Есть немного, — кивнул Чарли, глянув на него.

— А ещё говорят, что мы меньше всех работаем, потому что, мол, мешки не ворочаем, — усмехнулся Джек.

— Иди домой, — сказал он Чарли, — уже девятый час. Завтра Рождественский Сочельник и тебя наверное заждались?

— Нет, — покружил головой Чарли, — я там буду только мешать. Какой от меня толк сейчас? Дома уборка, а я буду телом спящим на койке.

— Что верно — то верно, — покачал головой Джек и посмотрел на Чарли, — и куда же ты сейчас?

— Ну, немного пройдусь, — пожал Чарли плечами, — зайду в трактир, куплю гостинцев братьям и сестре и потом немного передохну в парке. А домой пойду когда все лягут спать.

Джек вздохнул посмотрев на мальчика.

— Не трать ты деньги на трактиры, сынок. Придёшь за леденцами детворе, а какой-нибудь умник с нашего цеха обязательно тебе пинту пива сунет. Первой угостит, а вторую и третью за твой счёт выпьет, вот увидишь. Нехорошо это, — он подумал, — если есть пара свободных часов, то лучше пошли в наш клуб. Познакомишься с людьми, угостим чаем и потом проводим тебя домой.

— Я слышал, что в клуб не всех пускают, — немного удивился Чарли.

— Ну ты же со мной придёшь? — улыбнулся Джек, — только не забудь забрать свои гроши у нашего скряги-мастера…

…Клуб находился недалеко от завода. Это был огромный зал уставленный лавками и стульями. А у стены напротив входа была трибуна, над которой Чарли увидел огромный красный транспарант с белой надписью «ВСЯ ВЛАСТЬ СОВЕТАМ!».

Прямо за трибуной стоял флаг. Тоже красный. И так же как и на транспаранте на нём красовалась белая надпись: «Британская Социалистическая Партия»…

Когда Чарли и Джек зашли в зал и заняли места, там было немного людей.