Фантастика 2025-149 - Сергей Хардин
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
В обычной ситуации судил бы нас вероятно один из командиров дружины нашего правителя, чьи подчинённые по разнарядке в данный момент следили за порядком в городе. Но тут всё таки речь шла не о двух бондах, схватившихся на топорах, немножко померла кровинушка ярла. Мажор ипучий. Так что Густав свет Клауссон решил разбираться в этом деле лично. Этот ещё не старый, могучий ассон возвышался над всеми, сидя на строгом, лаконичном троне и буквально сканировал меня взглядом ярко голубых глаз. В светловолосом вожде чувствовалась свирепая порода северных воителей, а кроме неё бездна непреодолимой силы и несгибаемой воли. Рядом с ним сидел настоящий гигант, закованный в латный доспех, к своему стыду его имени я не знал, но подозревал, что это наш нынешний «министр обороны». А вот ещё одного персонажа мне уже приходилось видеть, причём как раз в столичном капище, длиннобородый Орм Матссон был верховным жрецом Одина. При всём своём пофигизме к политике, как будущий годи я не мог не знать формального начальника своей епархии.
— Ответствуй, ты ли Альвгейр Йорансон из Белых Медведей, прозванный Белый Ворон? — тем временем задал мне Великий Конунг вопрос, едва я встал в центр пустого пространства перед ним.
— Да — коротко отозвался я.
— Почему ты убил Гарди Грегарсона? — задал новый вопрос он.
Вот это уже было плохо, термин «убийство» мне ни разу не нравился. Но отвечать я предпочитал честно, при жреце-то, блин, что ложь может чуять:
— Потому что он сам вызвал меня на поединок и пытался убить.
— Почему для схватки вы не отправились в круг моего дома? — прозвучал очередной вопрос.
— Гарди поклялся богами, что убьёт меня прямо на крыльце той лавки, где мы встретились. Я опасался, что если я заикнусь об этом, то убивать меня будет не только он, но и двое его людей, обвинив в уклонении от боя и трусости. И не желая для себя знакомства с гневом асоа и ванов — прозвучал мой ответ, в котором вновь не пришлось кривить душой.
— Да казнить убийцу и вся недолга! — раздался выкрик откуда-то из зала.
— Грегор! — гаркнул Густав — Тебе показалось, что ты в моём доме решаешь кого казнить, а кого миловать?
— Нет, мой конунг — через несколько секунд раздались слова по видимому папаши мертвеца.
— В так случае держи язык за зубами, пока не лишился его — ровно ответил правитель всех ассонов. Суровый он дядя, такого лучше не бесить, даже если ты ярл, что уж про сына кузнеца говорить. Густав тем временем перевёл свой взор обратно — Продолжим. Что именно произошло, когда Гарди с невестой и хускарлами зашли в лавку уважаемого Моди Ингварсона?
Допрос так и пошёл. Я отвечал и не кривил душой, нутром чуя, что первое же слово хотя бы полуправды станет для меня последним. Ладно уж благообразный, седобородый годи, что подобные вещи чует, ему в теории можно соврать, не говоря прямой лжи. Но вот пронизывающий взгляд Великого Конунга очень чётко мне говорил, что едва я попробую хотя бы в малом его напарить, выставив себя чуть в лучшем свете, а оппонента чуть в худшем, как меня раздавят, будто насекомое. Узнавать же, что ощущает таракан при встрече с кованным сапогом, мне не хотелось прям от слова совсем. Ну не тот я попаденец, который в прошлой жизни робел, когда его директор на ковёр вызывает и может в этом месяце премии лишить, а в новом перерождении без страха наё₽ыает королей и архимагов, хотя те его могут подвергнуть такому, что ни в сказке сказать, ни пером описать. Такие деятели ведь не любят, когда их держат за идиотов, а врущий им простой смертный таки определённо должен считать подобные личности тупее себя. Фантазия же у них при любом раскладе богатая, в пыточную потом черти могут прийти аки в анатомический театр, делая зарисовки и строча конспекты, будто они прилежные студенты медицинского. Может даже языки от усердия будут высовывать.
Но однако всё заканчивается, к счастью закончился и наш разговор, заставивший меня натурально вспотеть. Хорошо хоть голос удалось держать ровным и не сбиваться в словах, «давая показания». Великий Конунг же помолчал несколько секунд и даже не сказал, а прям провозгласил:
— Выслушав свидетелей, а затем и убийцу Гарди Грегорсона, постановляю. Альвгейр Йорансон невиновен в вызове на поединок и убийстве пред ликом богов и людей. Но виновен пред моим взором в том, что даже не попытался привести покойного в круг моего замка. А потому я, Великий Конунг Густав Клауссон, приговариваю преступника к изгнанию из земель Ассонхейма сроком на десять лет в качестве урока ему и назидания остальным — произнеся это наш правитель выждал пару секунд, традиционно давая время любому желающему оспорить свой приговор, но таких идиотов с суицидальными наклонностями по понятном причинам не нашлось — Слово сказано!
По основному обвинению я был оправдан, потому поклонился правителю всё с той же лёгкой и немного деревянной улыбкой, прилипшей к лицу в самом начале нашего разговора. А потом было уже собрался развернуться и зашагать прочь с глаз долой, когда ко мне подошёл всё тот же дружинник, что был командиром тех славных ребят, по сути спасших меня от близкого знакомства с клинками хускарлов. Чернобородый мужик в добротной кольчуге и со шлемом, подвешенным на пояс, протянул мне свёрток со словами:
— Держи свои вещи и трофеи, парень. Ну и не влипай больше в неприятности.
Я машинально взял протянутое мне и рефлекторно ответил:
— Благодарю.
На поверку выяснилось, что выдали мне моё оружие и меч моего противника, кинжал, а так же пояс с ножнами. Ну в принципе всё было логично, по обычаю победитель забирает оружие и броню проигравшего, а меня признали невиновным во всей кутерьме, навесив только, скажем так, пренебрежение законами ярла. Не по понятиям, значится, прирезал недруга. Покойнику и его папаше правда повезло меньше, похоже они в глазах нашего вождя пытались шатнуть его авторитет ещё сильнее.
— Ха, учудил ты, ученик! — раздался почти над ухом голос Гринольва, который хлопнул меня своей лапой по спине — Да глянуть,
