Слово и дело - Игорь Черемис

В целом я был доволен нашей работой, хотя до её окончания было очень и очень далеко. У нас имелся короткий список в десяток персон – все они переехали в Лепель в первой половине 1947 года, причем это было не возвращение из понятной эвакуации, а спонтанный переезд без видимой цели. Все устроились на здешние заводы и до сих пор жили в городе. Тот, кто напугал лесника из Ромн, не мог умереть – ведь совсем недавно кто-то дал себе труд приехать на Украину и убить его из немецкого пистолета, а это мог быть только человек из прошлого. А единственное подходящее прошлое находилось здесь, в Витебской области.

Вот только я вдруг понял резоны, по которым в школьных учебниках на последних страницах печатается ответ на задачи – потому что это помогает ученикам только в том случае, если они знают правильное решение. Зная, из-за кого лесник сбежал из города, я не мог просто оповестить мир о своём знании. Мне нужно было придумать некое изящное решение, чтобы задачу мог решить даже такой увалень, как Андрей, но ничего подходящего в голову просто не приходило. Даже поголовная проверка нашего списка ничего не давала, пока мы не знали личность нашего лесника.

«Бинго!»

Я отодвинул тарелку с недоеденной котлетой в сторону и печально посмотрел на Андрея.

– Знаю, что ты меня за это убьешь, – с легкой грустью сказал я. – Но нам надо будет вернуться в паспортный стол и посмотреть папки ещё и за второе полугодие.

Андрей заметно повеселел.

– А что будем искать? – всем своим видом он выражал готовность сидеть в архиве всю следующую пятилетку.

– Не что, а кого, – поправил я. – У нас есть убитый человек, он двадцать пять лет назад уехал из Лепеля, испугавшись кого-то из этого списка, – я указал на наши изыскания, которые лежали на краю стола. – Он мог выписаться законным образом – например, из-за переезда в другой город, а мог и не выписываться. Что происходит во втором случае?

Андрей похлопал глазами и промолчал. Я тоже не знал.

– Обычно в этом случае выписку осуществляет ответственный квартиросъемщик, – объяснила нам девушка из паспортного стола, слегка удивленная нашим возвращением и презентованным пирожным-корзинкой.

На этот раз я узнал её имя – Ирина. Надеюсь, теперь Андрею будет проще познакомиться с ней чуть ближе. Впрочем, про её семейное положение я спрашивать постеснялся.

– Но он же не может прийти на следующий день и сказать – выпишите вот этого человека, я его уже двенадцать часов не видел и ночевать он не приходил? – уточнил я.

– Квартиросъемщик может сделать это в любое время, – сказала ходячая энциклопедия по правилам учета граждан. – Но тому человеку потом придется прийти с паспортом и поставить соответствующую отметку.

– А если он не придет?

– Его не пропишут на другом месте, – Ирина пожала плечами.

Судя по всему, на её памяти всё происходило именно так, и она не знала, что иногда что-то случается совсем не в соответствии с инструкциями.

***

Лесника мы нашли быстро. Уцик, Гавриил Афанасьевич, 1924 года, родом из села Брасово Орловской губернии – насколько я помнил без обращения к атласам, это Брасово находится рядом с Локотью, я видел соответствующий указатель, когда сворачивал с трассы. Никаких биографических сведений в справках паспортного стола не