Затерянная библиотека - Изабель Ибаньез

– Я не буду извиняться.

– Конечно нет, – произнесла Исадора, закатив глаза. – Но хочешь знать мое мнение?

Я ждал, надеясь, что молчание подстегнет ее. Люди больше говорят, когда расстроены или чувствуют, что их подозревают.

– Думаю, ты видишь во мне качества, которыми обладаешь сам. – Ее голос понизился до резкого шепота. – И тебя это злит. Я готова поспорить на все, что у меня есть, на все свои деньги, что ты терпеть не можешь свой характер. Вечное недоверие, цинизм, ум и вечные просчеты, как использовать людей для собственной выгоды.

– Я не…

– Ты делаешь это, – твердо сказала Исадора. – Это помогает тебе хорошо выполнять свою работу. Мы выжившие. По определению мы делаем все, чтобы избежать боли, остаться в живых, быть на шаг впереди остальных. Мы добиваемся своего любыми возможными способами.

Каждое слово царапало кожу. Потому что Исадора была права.

– И если нам кто-то дорог, мы защищаем этого человека, – продолжила Исадора приглушенным шепотом. – Мы перевернем небо и землю, чтобы помочь ему, и даже спасти его от самого себя. Потому что в мире всего несколько дорогих нам людей, и мы отправим в ад любого, кто посмеет причинить им боль.

Она перевела взгляд на Инес, но я продолжил смотреть на Исадору.

– Я вижу тебя насквозь и знаю так же, как и себя, – сказала она. – Итак. Вернемся к делу. Ты заплатил кучеру?

Я отвернулся, жалея, что внутренне соглашался с Исадорой. Было легче считать ее врагом, чем признать, что мы во многом похожи и это не мешает Инес доверять ей. Потому что тогда мне пришлось бы смириться с тем, что Инес больше не выносила моего вида.

От внезапно нахлынувших эмоций у меня разболелась голова.

Гнев, разочарование. И горе тоже, если бы я позволил себе по-настоящему почувствовать его. Кроме себя, винить мне было некого.

Я потер виски, больше всего на свете мечтая о чашке кофе. Извозчик ждал, широко зевая, лошади тихо фыркали. Даже их возмущала поездка в столь ранний час. Я протянул мужчине пригоршню франков.

– Вы не могли бы подождать нас?

Он, нахмурившись, огляделся.

– Здесь?

– Да, – ответил я, показав на остров Фарос позади себя. – Мы хотим осмотреть маяк.

Он кивнул, хотя все еще был растерян.

– В такое время?

– Не я составляю планы, – пробормотал я, протянув ему еще несколько монет.

– Тебе следовало бы отпустить его, – возразила Исадора. – Невежливо заставлять его ждать.

Я проигнорировал ее и обратился к мужчине:

– Мы скоро вернемся. Не уезжайте.

До восхода солнца оставался час, от силы два. Если мы не уложимся за это время, я, ей-богу, накричу на Исадору, и плевать на последствия. Я смотрел на беспокойное Средиземное море, словно знавшее, что его вот-вот потревожат. К узкому причалу, который выдавался вперед футов на десять-пятнадцать, было пришвартовано множество шатких лодок. Вдалеке виднелись очертания Фароса, обрамленного разбивавшимися о его берега барашками волн. Основание Александрийского маяка даже спустя тысячелетия возвышалось на восточной стороне, и впечатляло, несмотря на разрушенную верхнюю часть, пламя на которой когда-то указывало кораблям путь в ночи.

– Какой высоты он был? – спросила Инес, когда мы отошли от экипажа. Она не сводила глаз с древнего чуда.

– В маминых заметках говорилось, что не меньше сорока этажей. – Исадора восхищенно покачала головой. – Только представьте себе! Пот и тяжкий труд каждого рабочего.

– Все ради того, чтобы землетрясение скинуло бо2льшую часть в море, – сурово сказал я. – Ничто прекрасное не вечно.

– Опять виден твой цинизм, – пробормотала Инес.

– Я и не пытался его скрыть, – пробормотал я в ответ. Затем, повысив голос, добавил: – Ладно, мы увидели маяк. Давайте вернемся в отель, выпьем чаю, кофе и поедим.

В глубине души я не мог поверить в то, что говорил. Если Лурдес действительно думала, что Хризопея Клеопатры спрятана в основании маяка, я должен был исследовать каждый его угол. Внутри все сжалось, и мое тело перешло в состояние повышенной готовности под названием «враг-за-холмом».

Я чувствовал неладное.

Если я чему-то и научился за время военной службы, так это доверять своей интуиции. И в тот момент она советовала увести Инес подальше от этого места. Достать ружье и держать палец на спусковом крючке. Мне очень хотелось достать нож, который всегда был со мной, но мерзкий ублюдок Стерлинг забрал его.

– Мы только что приехали,– возразила Инес.– Я не собираюсь возвращаться. Mamá может быть внутри, а если нет, она могла оставить подсказку. Я думаю, нам следует проверить. Или у тебя есть идеи получше, как ее найти?

Я скрестил руки на груди, стиснув зубы от напряжения.

– Остаток пути безопаснее проделать по воде. Но для этого придется украсть лодку.

– Здесь не так уж и далеко, – сказала Исадора, сморщив носик. – Жаль, мы не захватили с собой сменную одежду. Мы можем промокнуть.

Я не стал утруждать себя ответом на эту чушь.

Инес указала на ряд рыбацких лодок:

– Давайте одолжим одну из них. Воровать не обязательно. Мы вернем ее, как только закончим, а еще я оставлю внутри несколько монет.

Исадора уже шла к причалу быстрыми, решительными шагами: иллюзия, скрывавшая бушующий под этой маской ураган. Она напомнила мне греческую трагедию, где каждый персонаж двигался навстречу гибели, сея хаос и раздор на своем пути, безумную фею, выплескивающую разрушительную энергию на ничего не подозревающих невинных людей.

– Я все еще не доверяю ей, – сказал я, прищурившись и кивнув на Исадору.

– Ты уже не раз дал это понять, – устало произнесла Инес. Глубокие тени под глазами выдавали ее усталость. Когда она в последний раз спала всю ночь? А я? Я не мог вспомнить. – Но она помогла мне, – добавила она. – Ты можешь остаться.

– Черта с два, – воскликнул я. – И не думай, что я не заметил, как ты использовала мои слова против меня.

– Я рассчитывала на это, – мило сказала Инес.

Я последовал за ней, стараясь не обращать внимания на покачивающиеся бедра и локоны, которые развевались на ветру при ходьбе. К тому времени, как мы вышли на причал, Исадора уже отвязала веревку от одной из лодок. Я взялся за дело и с облегчением обнаружил, что из-под скамьи торчат весла. Я помог Инес забраться внутрь. Исадору мне хотелось бы столкнуть в море, но вместо этого я просто проигнорировал ее, когда она изящно поднялась на борт. Она замерла, согнув колени в такт движению воды.

– Ты окажешь нам честь или прикажешь мне взяться за весла? – спросила Исадора подчеркнуто ледяным тоном.

– Я могу помочь, – вмешалась Инес.

Я взял весла и