Неверное сокровище масонов - Сергей Зацаринный

Молча сидевший до сих пор американец, согласно кивнул головой:

– Можете не сомневаться. Хоть это и Африка, но образование дадут приличное, по международным стандартам.

– Вот, собственно, и всё, что мы хотим Вам предложить. Поживёте за пределами России, заработаете немного денег. Подумайте. Хотя, при любом варианте ответа, мы Вам очень благодарны. Я уполномочен передать Вам вот это.

Старик пододвинул ко мне по столику маленький цветной квадратик. Это была пластиковая карта какого-то банка. Но я всё-таки спросил:

– Что это?

– Кольцо нибелунгов, – засмеялся старик, – Слышали эту легенду о золоте Рейна, из которого выковали кольцо, дававшее огромную власть его обладателю? Это почти то же самое. Набираете условный код и получаете деньги, вещи, услуги, всё, что захотите. Это очень хороший банк. «Лионский кредит». Мы позаботимся о том, чтобы на этом счету всегда были деньги.

– Вроде пожизненной пенсии?

– Мне больше нравиться слово «стипендия». Мы Вам действительно, очень благодарны. А, на случай, если Вы всё-таки примете наше предложение, возьмите вот это. Это паспорт гражданина Белиза. Бывший Британский Гондурас. Законодательство этой страны разрешает двойное гражданство. Так что, всё чисто. Белиз является членом Британского содружества, поэтому с этим паспортом намного легче ездить по свету без лишних визовых формальностей. Такой же мы сделали госпоже Гавриловой.

– А вы говорите, что коммунизм умер, – только и смог произнести я, – Только его адепты так бесцеремонно распоряжались человеческими жизнями.

– Вы не правы, Леонид, – мягко улыбнулся старик, – Мы ведь, никого не неволим. Можете хоть сейчас бросить этот паспорт в мусорную корзину и вернуться в Россию. Банковская карта, как я уже сказал, останется при Вас, уверяю, мы будем класть на неё значительно больше, чем Ваше государство на Ваш пенсионный счёт за всю многолетнюю верную службу. Мы ценим людей. В этом наше главное отличие от коммунистов. Очень рад был с Вами познакомиться.

Он поднялся и протянул руку.

В Дублине было жарко. Смит предложил выпить по кружечке пива.

– Четвёртый посвящённый – это дядя Боря?

– Разумеется. Ведь детектив Виктор не знал, что клад подброшен.

– Что же Вы предложите старому философу?

Смит сдул пену с кружки и беззаботно рассмеялся:

– Это же элементарно, Ватсон! Он ведь философ и прекрасно знает, что, если человек покорен судьбе, то она его ведёт, а, если непокорен, то – тащит.

Возразить было нечего. Именно сейчас я понял разгадку странного завещания отца. Он велел сжечь его тело после смерти, а пепел развеять. Старый генерал не хотел никого связывать своей могилой. «Мёртвый не должен хватать живого», как часто любил повторять он. «Человек должен оставлять после себя память, а не надгробный камень» – отрезал отец попытки изменить его последнюю волю. И сейчас, словно из-за черты жизни и смерти он одобрительно кивнул мне в эту непростую минуту.

Я стоял на самой кромке скалы и смотрел на горизонт. Это место и будет моей Серебристой гаванью. Отсюда я уплыву, в другую неведомую страну, где меня ждёт совсем другая жизнь. С паспортом другого государства, совсем с другими заботами.

Мне, вдруг, вспомнилось гадание. Девушка – символ надежды, изливающая свой бальзам на самые печальные дни нашей жизни, звезда над ней – откровение судьбы, запертое за семью печатями, а ещё бабочка – воскресение после смерти.

Ничего не кончается! Мой корабль уносит меня навстречу неизвестности по реке, в которую ещё никому не удалось войти дважды.