Форс-минор, или артефакт без инструкции - Анна Викторовна Дашевская

- И что?

- И прислали отпечатки, оставленные на фляжке. Я их сравнил с имеющимися отпечатками твоего Скиммерса.

Коммандер даже не стала возражать против определения «твоего», просто попросила ласково:

- Жорж, не молчи. Совпадают?

- На сто процентов. Я попросил нашего дактилоскописта сверить, и всё сошлось, до последнего, тьма меня побери, завитка!

- Скинешь протокол?

- Сейчас пришлю, - Теруань помолчал, потом спросил всё с тем же безграничным изумлением. – Но объясни ты мне, почему, если они знали всё о том, с кем встречался убитый, они не объявили его в розыск?

- Вполне возможно, что и объявили, - пожала плечами Лавиния. – В Валахии. Да даже если и во всём Союзе королевств! Из Валахова наш фигурант отправился в Реймс, где жил под другим именем. Там отказался от услуг своего помощника и выгнал его. Через два дня, практически сразу же, случай с отбиранием магических способностей происходит в Скопье, в Верхней Македонии. Куда он отправился дальше, мы не знаем, но, судя по его привычкам, вполне могло его унести на пару месяцев куда-нибудь в Чинь. Или к оркам. Мне известно, что дальше следы Скиммерса остаются в Сплите в марте, Неаполисе в июне, Санкт-Морице в сентябре и Марсилии в декабре. Ну и что ему тот розыскной лист, если он скачет, словно блоха, по градам и весям? Время течёт, разосланный запрос утекает в архив…

- Ты права, - ответил Теруань с досадой. – Но как же мне это не нравится!

***

Как и было договорено, к трём часам дня в кабинете Лавинии собрались те, кто вместе с ней занимался этим расследованием: лейтенант Ханссен, мастер Ван Дер Гакль, капитан Делавинь. Андреас Вестергаард, пришедший вместе с Ван Дер Гаклем, пока сидел в стороне.

Коммандер выложила на стол лист бумаги, на который кратко выписала всё, что за эти дни удалось выяснить о главном фигуранте дела, мастере-артефакторе Яне Пауле Скиммерсе: протоколы из Валахова и Скопье, газетные статьи из Сплита и Неаполиса, отпечатки пальцев и аурограммы, результаты экспертизы предметов, обнаруженных на брокантах…

Когда она договорила, в комнате на миг воцарилось молчание, потом заговорили все разом.

- Тихо! – гаркнула Лавиния от души. – Сейчас нам принесут кофе, все молча пьют и думают. Потом прошу высказаться по одному, начиная с самого младшего.

Взгляды присутствующих обратились к лейтенанту Ханссену, тот кашлянул и слегка порозовел.

Кофе был выпит в один глоток, после чего лейтенант взял слово.

- Предлагаю следующую тактику. Первое – допрос Кольбе. Надо понять, зачем он понадобился Скиммерсу, и чем ему помешал Андреас. Второе – допрос самого Скиммерса. Обвинение – незаконное использование артефактных магических предметов, наносящее вред здоровью граждан Союза королевств.

- Отопрётся, - мрачно сказал Хорус. – По закону о магической безопасности от одна тысяча восемьсот шестьдесят пятого года, мастер-артефактор может использовать изготовленные им самим изделия для магических экспериментов.

- Пока не наносится вред окружающим, - возразил лейтенант. – Я сегодня как раз проверял, что там написано!

- За триста лет к этому закону было принято больше десяти поправок!

- Но ни одна не опровергает правила о вреде!

- Стоп! – Лавиния снова повысила голос. – Прения прекращаем, обсуждение продолжаем. Капитан Делавинь?

- Я готов взять на себя допрос Кольбе, - Делавинь усмехнулся. – Начну с разговора о краже у барона Ламотта, там всё с железными доказательствами, деваться ему некуда. А когда сделает шаг-другой назад, на два голоса станем спрашивать о мастере.

- Принято, - кивнула Лавиния.- Остаётся решить, как говорить со Скиммерсом. Хорус?

- Не знаю, - покачал головой мастер Ван Дер Гакль. – С тем Паулем, которого я знал сорок лет назад, можно было говорить, как угодно, обо всём на свете. Он мог не ответить и даже не услышать, если работал, но это был кто-то абсолютно свой. Собрат. А сейчас… - он тяжело вздохнул. – Если им было сделано то, в чём ты его обвинила, Лавиния, значит, я этого человека не знаю.

- Понимаю, но мне от этого не легче. Вестергаард?

Андреас покачал головой.

- Боюсь, госпожа коммандер, я тоже вам не помощник. Учитель… - он тряхнул головой и поправился. – Мастер Скиммерс со мной не разговаривал. Он учил, делал выговоры, иногда хвалил, порой рассуждал вслух, но разговаривать – это другое. И ведь я только сейчас понял, что мастер никогда не считал меня равным…

- Могу я сказать, госпожа коммандер? – лейтенант Ханссен, словно школьник на уроке, поднял руку. – Мне кажется, он станет говорить только с тем, кто выше его.

В комнате стало тихо. Лавиния встала, подошла к окну и распахнула его. Потянуло прохладой и свежестью. Из внутреннего двора, куда выходило окно кабинета, донёсся возмущённый свист какой птицы и кошачий мяв.

Немного послушав, Лавиния усмехнулась, закрыла окно и вернулась на своё место.

- Пожалуй, я знаю, как говорить со Скиммерсом, - сказала она. – Хорус, ты рискнёшь присутствовать, или появишься по необходимости?

- По необходимости, - мрачно ответил Ван Дер Гакль. – Извини, Лавиния, не могу.

Возражать коммандер не стала, просто приняла сказанное к сведения и перевела взгляд на Вестергаарда.

- Вы, Андреас? Я могу вас обоих прикрыть заклинанием незаметности…

- У меня амулет есть, - отмахнулся Хорус. – Да, так будет лучше всего. Мы постоим там в сторонке, послушаем, а если будет надо, ты дашь знак.

- Договорились. Делавинь, начните допрос Кольбе, мне нужно ещё кое-что сделать.

Капитан молча кивнул.

***

Лавиния смотрела на допрос через одностороннее окно: со стороны допросной видно было только большое зеркало. Это никого не обманывало, Анри Кольбе прекрасно понимал, что за этим зеркалом кто-то есть. Кто-то важный, может быть, именно в этот момент решающий его, Анри, судьбу. Поэтому взгляд его то и дело возвращался к холодному непрозрачному стеклу.

Но коммандера Редфилд в данный момент интересовало вовсе не поведение молодого человека, и даже не то, что тот говорил. Она внимательно всматривалась в его ауру, и то, что она видела, ей совсем не нравилось.

Выйдя в коридор, она быстро сбежала по лестнице в подвал и вошла в дверь, возле которой было написано «Отдел обеспечения». Синим по жёлтому. Какой-то остряк ниже приписал чёрным «Оставь надежду всяк, сюда входящий». Судя по лёгкой размытости контуров букв, надпись неоднократно пытались стереть.

Войдя, она увидела то,