Столичные каникулы - Джанет Дейли

– Рад за вас, – произнес Обедиа.

– Я тоже рад. – Обвив рукой плечи Джоселин, Такер притянул ее ближе к себе. Это был абсолютно естественный жест, но он вызывал у нее самые волнующие чувства.

– Такер, спроси его о трости, – прошептала она. Кивнув, он прижал трубку ближе к губам.

– Есть еще одна деталь, которую мы хотели бы выяснить, Обедиа. Видите ли, мы нашли трость в спальне Линкольна и…

В трубке послышался искренний смех.

– Но вы, конечно, сомневаетесь, что она моя, – ухмыльнулся Обедиа, но это не был ответ на их вопрос.

Джоселин схватила трубку:

– Я хочу поговорить с Обедиа.

Такер передал ей трубку.

– Обедиа, это Джоселин. Я хотела вас кое о чем спросить.

– Спрашивайте!

– Это… – Она замолчала, внезапно разволновавшись. Ей вдруг показалось, что она собирается задать ему совершенно глупый вопрос. Джоселин неуверенно посмотрела на Такера, затем глубоко вздохнула и решила, что больше не стоит мучить себя сомнениями: – Обедиа, вы – Санта-Клаус?

Этот вопрос вызвал взрыв хохота у ее отца. Джоселин повернулась, увидела, что он стоит с тростью в руках и смотрит на дочь таким удивленным взглядом, будто абсолютно уверен, что она потеряла рассудок.

– Я? – Обедиа снова засмеялся. – Джоселин, я всегда считал себя мудрым человеком, прославляющим Иисуса. Но простите, я должен идти. Надеюсь, вы с Такером позаботитесь друг о друге.

– Да… – Она хотела сказать больше, но в трубке послышались гудки, говорящие о том, что Обедиа повесил трубку. Положив трубку на место, Джоселин посмотрела на Такера: – Ты слышал, что он сказал?

– Да. – Он кивнул, немного сбитый с толку этой репликой. – Но каков плут! – Он криво улыбнулся. – Ему всегда удается ответить на вопрос таким образом, что этот ответ вовсе не похож на ответ.

– Неужели ты действительно считаешь, что… – Джоселин запнулась.

Такер тяжело вздохнул:

– Я не знаю, Джоселин. Я на самом деле не знаю.

– Что вы не знаете? – Нахмурив лоб, отец пристально смотрел на них обоих. – И при чем тут Сайта-Клаус? Кто такой этот Обедиа?

Переглянувшись, Джоселин и Такер разразились громким смехом.