Помощница и её писатель - Анна Шнайдер

выпал из детского стульчика и сильно ударился — был синяк на лбу, и рвота чуть позже — как нам объяснили врачи, это случается из-за сотрясения мозга. Всё произошло буквально за мгновение, когда Олег на секунду отвернулся, чтобы сполоснуть чашку Егора. Я в это время была в ванной, но выскочила почти в чём мать родила, услышав вопль сына и растерянные причитания Олега.

Таким испуганным, с белым лицом и трясущимися руками, я не видела его никогда в жизни, и надеюсь, больше не увижу. Мне не понравилось! Ему, впрочем, тоже. С Егором всё обошлось, но то утро мы с Олегом запомнили надолго. Особенно он — потому что с этого дня про Бестужева уже нельзя было сказать, что он бесстрашный.

Да, вслед за любовью к нему пришёл страх, не спрашивая разрешения на визит, и остался с ним надолго.

Теперь Олег беспокоится не только за Егора, но и за меня, и за Машу, и даже за Галину Дмитриевну и моего отца.

— Как я спокойно жил раньше, — бурчит он иногда, если Маша долго не отвечает на звонки или Егор слишком продолжительно температурит. — Не знал, что такое привязанность, любовь, страх…

— Но и что такое счастье, ты тоже не знал, — засмеялась я, и Олег молча кивнул, подтверждая мои слова.

Странно всё-таки устроены люди, не правда ли? Для того, чтобы узнать, что такое счастье, нам необходимо уметь бояться.

Конец