Фантастика 2025-149 - Сергей Хардин

Базальт отошёл от меня и медленно направился к пещере. На мгновение его форма снова размылась — словно статуя, которую лепит невидимый скульптор.

— Господи, — выдохнул Нож, делая шаг назад. — Это же… неестественно.

— Наоборот, — возразил я тихо, наблюдая за трансформацией. — Это самое естественное, что я видел в этом мире. Полная адаптивность.

Глыба молча положил руку на рукоять меча, но не вытащил его. Рефлекс солдата — готовность к неожиданности, но не агрессия.

Базальт остановился перед клумбами. Его руки удлинились, пальцы стали тоньше и острее — инструменты для точной работы. Он аккуратно, почти с хирургической точностью, срезал три стебля у самого основания, не повредив корневую систему.

— Смотри, как он работает, — прошептал я Ножу. — Ни одного лишнего движения. Максимальная эффективность.

— Жутко, — пробормотал тот в ответ. — Представь, если бы все люди могли так…

— Мир был бы намного лучше организован, — закончил я его мысль.

Базальт повернулся и пошёл обратно. Его руки приняли прежний вид, но я заметил, что походка слегка изменилась — стала увереннее, решительнее. Даже в этой мелочи была видна адаптация к новой роли: от садовника к переговорщику.

«Можешь взять их, — сказал Базальт, протягивая мне стебли. — Если согласишься уйти и не возвращаться».

Я вздрогнул от неожиданности.

— Вы хотите, чтобы вас оставили в покое?

Базальт кивнул. «Мы не хотим, чтобы коммерсанты пришли в это место. Корабли и колонисты, купцы и рыбаки — все прибудут, если ты получишь прибыль. Мы хотим жить без внешнего вмешательства. В гармонии».

— Конечно, — сказал я, принимая стебли. — Я понимаю ваше желание. Могу я спросить, в чём заключается ваша деятельность?

«Глубоко внизу без устали трудится великий чародей, — объяснил Базальт, и его голос вызвал в моём сознании образ человека, работающего в тёмной кузнице над светящимся красным кольцом. — Он использует жар вулкана, когда тот приходит, чтобы ковать свои могущественные артефакты. Наша философия — ухаживать за кузницей и огнём, а также присматривать за вулканом, когда он спит. Чародей пробуждается только тогда, когда пробуждается и огонь внизу».

— Способ сохранить жизнь, — прошептал Нож, его голос был полон благоговения. — Проспать несколько сотен лет, просыпаясь только тогда, когда доступны твои ресурсы.

Я посмотрел на наёмника, приподняв бровь.

— Такое возможно?

— Я знал нескольких чудаков, которые практиковали такую магию, — сказал Нож. — Встретишь их через двадцать лет, а они ни на день не постарели. С другой стороны, что это за жизнь, когда всё время спишь.

Я пожал плечами и снова обратил внимание на Базальта.

— Вы очень добры, предлагая мне этот дар. Мы уйдём и никогда не вернёмся.

«Благодарю тебя, — мысленно произнёс Базальт, — за понимание нашего желания быть в одиночестве. Настанет день, когда мастер закончит свою работу и откроет наш город для чужеземцев. Ты узнаешь об этом дне, обещаю».

* * *

Наша встреча с легендарными Вулканусами, мягко говоря, откровением не стала. Фактически Базальт был единственным, кто вышел на контакт. В итоге — почти пустая трата времени. Нет перспектив для торговли, нет перспектив для общения.

Приняв из его каменных рук пучок Животроста и пообещав больше их не беспокоить, я вернулся на корабль.

Навязывать свои услуги тем, кому они не сдались, — дурной тон даже в бизнесе девяностых, а тут и подавно. Это были мирные существа, и лучше всего было оставить их в покое. К тому же байка про колдуна под землёй звучала слишком уж дико. Древний чародей, использующий жар вулкана для создания артефактов? Если вся эта раса существовала, чтобы служить ему, то ссориться с таким кадром мне точно не хотелось. Определённо, у нас были несоизмеримые возможности.

Путь обратно в Восточную часть Алепии оказался куда опаснее, чем я предполагал. Начались шторма.

Несколько раз на нас обрушивался ураганный ветер, швыряя корабль на скалы, пока волны мотали его из стороны в сторону, словно щепку. Корпус получил серьёзные повреждения, и не одну ночь мы провели, вычерпывая воду, — работали все, и я, как Владыка, не отлынивал, — лишь бы удержать судно на плаву.

В один из дней, когда шторм наконец утих и море успокоилось до зловещей тишины, я было решил, что опасность миновала. Но оказалось, что у судьбы для нас припасена очередная порция сюрпризов.

Я стоял на палубе, отслеживая курс по стратегической карте, когда весь корабль внезапно содрогнулся. Не от волны — от удара снизу. Глухой, мощный толчок, от которого палуба под ногами ощутимо прогнулась.

— Что за хрень? — пробормотал я, хватаясь за поручень.

Второй удар последовал почти сразу, ещё сильнее. Грохот разносился по всему днищу, словно кто-то колотил по корпусу кувалдой размером с дом. Команда застыла, прислушиваясь к зловещим звукам.

Глава 12

— Мы на мель налетели? — спросил один из матросов, но в голосе уже звучала неуверенность.

Мель не бьёт раз за разом, словно молот кузнеца.

Третий удар заставил всех понять: это не препятствие. Это нечто живое. И очень большое.

— Глыба! — рявкнул я. — Проверь днище!

Мой телохранитель не стал задавать лишних вопросов. Молча скинул тяжёлые пластины брони и оружие, подошёл к борту. Я наблюдал, как он оценивает воду — чёрную, непроницаемую, где в глубине могло скрываться что угодно.

— Осторожнее, — буркнул он себе под нос и прыгнул.

Всплеск. Пузыри воздуха. Тишина.

Я отсчитывал секунды, глядя на то место, где исчез Глыба. Тридцать… сорок пять… минута. Команда собралась у борта, напряжённо вглядываясь в темноту. Кто-то из матросов начал молиться богам Истока.

— Шеф, — тихо сказал Нож, возникнув рядом. — Может, стоило верёвку привязать?

— Поздно теперь, — отрезал я, хотя и сам думал о том же.

Внезапно вода рядом с кораблём забурлила. По поверхности поползли красноватые разводы — кровь. Много крови. Чья — непонятно.

— Готовьте багры! — приказал я. — Если Глыба всплывёт, надо его быстро вытащить!

Ещё через минуту поверхность воды взорвалась фонтаном брызг. Глыба вынырнул, волоча за собой что-то огромное и мерзкое. Тварь была ещё жива: извивалась, била хвостом, пытаясь вырваться из железной хватки моего телохранителя.

— Тащите их! Быстро! — крикнул я.

Четверо матросов с баграми помогли затащить на палубу и Глыбу, и его добычу. Монстр оказался ещё омерзительнее, чем я думал. Это была помесь крокодила