Завтра война - Сергей Семенович Монастырский
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Особенно, если лепешка была горячая или теплая, недавно вытащенная из печи. А несвежих здесь не было- не успевали остывать, расхватывали их на лету, и всегда стояла очередь, которая знала по каким часам и минутам выкладывали лепешки на прилавок.
Пекарем был Миша тщедушный старенький армянин, который, конечно, был не Миша и как положено звали его по-армянски, поэтому его звали так. Он иногда появлялся из темноты рабочей комнаты, где стоял тандыр и вся очередь, тянувшаяся от дверей, приветливо махала ему руками и в разнобой кричала:
— Привет Миша! Как здоровье, Миша? Это всегда был его звездный час хх хх ни что другое так не интересовало Мишу, как эти приветливые крики, и поставив поднос, где его тут же раздавали две толстые армяшки, он кланялся публике и на возникший вопрос в конце очереди «А еще будут!? — неизменно отвечал:
Че! (что по-армянски — «нет») А сколько надо?
И не смотря на «ЧЕ» шел опять печь.
И вот Миша умер.
А люди не знали и приезжали, и стояли в очереди, пока им толстые армяшки не объявили грустную новость. А на следующий день приезжали другие. Приезжали и приезжали…
И знаете, что сделал Миша?
На следующий день он вышел на работу!
