Длиннее века, короче дня - Евгения Михайлова

– Здорово! Но ты не договорила, как же ты в свете всего этого с квартирой решила поступить?

– Мы втроем с Верой и Мишей пришли к соглашению. Они ее у меня купят. Ну, дешевле, конечно, все-таки он какое-то право на нее имеет. Знаешь, им так хочется пожить нормально, она ж всю жизнь при родне существовала. А деньги у Миши есть. Он нашу ситуацию понял.

– То есть они настолько хотят пожить нормально, что он свою холостяцкую квартиру для себя оставит?

– Ну, да. Витя, может, ты вообще хотел, чтобы моя квартира осталась у нас? Я много думала: Анечке когда-то замуж выходить, Ольга с детьми ютится…

– Мы со временем все решим. Квартира эта мне неприятна. Слишком многое там у тебя было… Без меня. И все эти прослушки, слежка за тобой. Знаешь, что Маркова выкрикнула Сереже, когда ее уводили? «Передай своей рыжей, что я вернусь».

– Господи, что ж ее так разбирает. Я ничего плохого ей не сделала.

– Ей это не важно. Для нее главное только то, что происходит в ее чудовищном мозгу. Я боялся, что ее больной признают. Но всем ясно: от нее просто несет страшной опасностью… А психиатры в своем заключении отметили, что она действительно обладает очень сильным воздействием на людей. Ты оказалась ей не по плечу – вот ее и разбирает. Надеюсь, в нашу жизнь и жизнь своих детей она все же не вернется. Черт, надо как-то от нее отвлечься. Мне только одно непонятно: как это твой Миша, который Веру вроде бы на дух не переносил, вдруг с ней жить решил? Может, все-таки из-за квартиры? А потом выгонит ее?

– Понимаешь, все сложнее. Он сказал: «Она меня так достает, что нет сил уворачиваться». Вера расценила это как признание в любви.

– Еще какое… Она увидит небо в алмазах.

– Знаешь, она когда-то сказала, что ненавидит меня. После истории с Алей… Витя, я не хочу, чтобы нас ненавидели. У нас ребенок. И потом: Миша обещал, что завтра же разведется со мной. У него, оказывается, связи есть в загсе.

Виктор молча схватил Машу на руки и стал бурно целовать. Она с трудом освободилась и заглянула ему в глаза:

– Ты так рад?

– Да нет, чуть-чуть… Хоть какой-то толк появился в твоих попытках избавиться от квартиры… – Он добавил очень серьезно: – Такой толк… Мне, оказывается, всю жизнь была нужна ни на кого не похожая рыжая женщина.