Городской охотник - Алексей Волков

Привалившись спиной к колесу, сидел нестарый еще мужчина. Голый по пояс, грязный, как будто только что вылез из болота или пожарища. На коленях у мужчины, на подостланном одеяле лежал младенец. Весело улыбался и пытался дотянуться ручонками до висящего на шее мужчины оберега – Громового Колеса. Каждый раз, когда малышу удавалось пальчиками коснуться оберега, он весело смеялся. А серебряное Колесо Грома раскачивалось на кожаном шнурке, отражая своими спицами свет Солнца. Мужчина задумчиво смотрел на младенца и грустно улыбался.

Рядом с ними, прямо на земле, присыпанной листьями, лежал огромный волк. Темно-серый, почти черный, с широкой полосой седой шерсти, пробегающей от затылка к кончику хвоста. Лежал, умостив огромную голову на вытянутые лапы, и тоже наблюдал за ребенком. И улыбался зубастой пастью.

– Похоже, нам теперь предстоит охранять его всю жизнь. Вдруг этот псих опять захочет поиграть с мирами, – невесело проговорил мужчина, морщась от боли. – Как ни крути, а кровью мы его напоить не напоили, но умыли точно. – Мужчина поморщился и выразительно посмотрел на пропитавшуюся кровью из рассеченного плеча повязку, стягивающую ребра.

– Угу, – лениво ответил волк.

– Ты сам-то как? – спросил мужчина.

– Уже лучше. На свет выбрались – полегчало.

– Это хорошо. Знаешь, я тут подумал...

– Да ну? А раньше не мог?

– Иди ты, – беззлобно бросил мужчина. – Выходит, что Леонид зря погиб?

– Почему?

– Ну, Антиквара-то мы не убили, призрака не разупокоили, дом не вычистили...

– Дался тебе этот призрак?

– Да нет! Просто обидно как-то. Вроде, хороший человек погиб.

– Их много хороших погибло, – меланхолично заявил волк.

– Но их-то я не знал.

– Понятно. И чего дальше?

– В смысле?

– Без смысла. Что дальше будем делать?

– Сына растить. Потом я отправлюсь Ольгу искать.

– Я с тобой. Когда я тебя в беде бросал? – утвердительно проворчал волк.

– А куда же тебя девать, – улыбнулся мужчина.

– Тогда поехали, что ли отсюда в город? – сказал, поднимаясь на лапы, волк.

– Подожди, захороню останки Леонида.

Мужчина встал, открыл дверь автомобиля, уложил младенца на заднее сиденье.

– Присмотри тут пока, – попросил волка.

– Хорошо.

Затем достал из багажника лопату и направился к остову машины и лежащему возле нее праху, легком, почти невесомому.

Подошел, оперся на черенок и долго смотрел на то, что некогда было священником другого бога.

И думал о чем-то своем.

Налетевший порыв ветра подхватил пепел, смешал его с золотыми листьями и взметнул к небу, ставя точку в давнем споре Целителя и Охотника.