Затерянная библиотека - Изабель Ибаньез

Она пристально смотрела на меня, ее взгляд не дрогнул.

– Мне все равно, веришь ли ты мне, все равно, думаешь ли ты обо мне худшее. Что меня действительно волнует, так это Инес. Подумай, что будет со мной, если наши усилия увенчаются успехом? Мои родители окажутся в тюрьме или того хуже. Я останусь одна, без семьи, за исключением Инес. Я бы никогда не поставила под угрозу наши отношения, и, хотя я совершала ошибки, они были непреднамеренными.– Исадора подалась вперед, и взгляд ее голубых глаз встретился с моим.– Ты действительно продолжишь осуждать меня за мои поступки? После всего, что ты сделал?

В мою голову закралось сомнение. У меня было отличное чутье, и в этой девушке чувствовалась какая-то странность. Но вдруг я ошибся на ее счет? Хорошо, что у меня было время, чтобы вывести ее на чистую воду.

– Можешь играть в свои мелкие игры, но предупреждаю: если ты хоть как-то навредишь Инес, я превращу твою жизнь в ад.

– Инес уже в аду, – сказала Исадора, поднимаясь. Она разгладила складки на юбке и удалилась, гордо подняв подбородок. Во второй раз за последние полчаса она раздраженно ушла от меня. Я еще долго сидел за столом, размышляя, перебирая в уме все, что знал о ней, каждое слово, которое она когда-либо произнесла. Египет проносился за окном однотонным пятном, но я едва замечал его.

Потому что я наконец нашел часть головоломки, которую не видел раньше. Исадора только что открыла мне ее – сама того не желая. Я хотел вернуться в купе и рассказать Инес, но в глубине души меня терзали сомнения. Если я окажусь не прав, Инес еще сильнее отвернется от меня. Надежды на примирение мало, но пока этот шанс был, я не мог им рисковать.

Capítulo dieciséis

Глава 16

На вокзале Уит нанял экипаж, чтобы отвезти нас и наш багаж в отель «Аббат», красивое здание с колоннами и высокими окнами с видом на площадь. Уит расплатился с извозчиком, который помог выгрузить наши чемоданы, и мы вместе вошли в уютный холл, хотя и не такой роскошный, как в «Шепердсе», но с мягкими креслами и длинной деревянной стойкой, за которой несколько работников принимали других туристов. Вскоре я обнаружила пышный внутренний сад с цветами, которые источали приятный аромат. Вывеска на французском подсказывала гостям дорогу в роскошные купальни или читальный зал. Там даже была комната для курящих.

Меня охватила тревога. Я схватила Уита за руку и прошипела:

– Мы не можем себе позволить этот отель.

– После бомбардировки цены на все упали, – прошептал Уит в ответ. – Это комфортабельный отель второго класса – и единственный подходящий, учитывая текущее состояние Александрии.

– Текущее состояние? – переспросила я.

– Я объясню позже, – сказал Уит, ведя нас к стойке регистрации.

Служащий отеля, молодой немец по имени Карл, быстро выдал нам ключи. Цена за номер была фиксированной – пятнадцать франков в сутки, она включала проживание и питание, но без спиртного. Я ожидала, что Уит начнет протестовать, но он промолчал. Цена оказалась намного дешевле, чем я опасалась, и это стало огромным облегчением. Мы потратили деньги, которые я получила за возврат билетов первого класса, чтобы забронировать этот номер на следующую неделю, и, к счастью, питание было трехразовым, а также подавали чай и кофе.

Если Уит и отчаялся спать на раскладушке, то не осмелился это показать.

Они с Исадорой отправились осматривать остальную часть холла, а я осталась с Карлом, который подробно рассказывал об отеле и номере. Когда он закончил, я спросила:

– Не могли бы вы отправить телеграмму?

Он кивнул и достал для меня листок бумаги, конверт и карандаш.

– Я отправлю ее на телеграф после того, как вы закончите, ее доставят в течение часа. Цена – пять пиастров за десять слов. Вас устраивает?

– Да, спасибо, – пробормотала я, быстро написав сообщение Фариде. Я указала название отеля и наш адрес и попросила сразу сообщить, если ей пришлют новые фотографии. Вложила записку в конверт и вручила его Карлу вместе с оплатой.

Затем я отправилась на поиски своих спутников. Они стояли в стороне от холла, где не было других посетителей.

– Номер готов для заселения, – объявила я Исадоре и Уиту, приблизившись к ним.

Они стояли, холодно уставившись друг на друга: Исадора крепко скрестила руки на груди, Уит нависал над ней, мрачный и серьезный, каждая черточка его лица выражала подозрение. Они не разговаривали с тех пор, как вернулись из вагона-ресторана. Меня злила напряженность между ними, но я утешала себя тем, что Уит скоро исчезнет из моей жизни и не успеет по-настоящему свести меня с ума своим циничным отношением к Исадоре.

И все же это раздражало.

Исадора подняла на меня голубые глаза:

– Как ты думаешь, они отнесут наши чемоданы?

Я кивнула:

– Уже в процессе.

– Значит, к тому времени, как мы вернемся с прогулки, все должно быть в порядке, – одобрительно сказала Исадора.

– Прогулки? – переспросил Уит. – О чем, черт возьми, вы говорите?

– Мистер Хейз, – сказала я, не обращая внимания на его напряженный взгляд, – мы собираемся нанести визит по адресу, который вы раздобыли. Только не говорите, что вы уже забыли.

– Нет, – коротко ответил Уит. – Но мы не можем пойти все вместе. В одиночку я справлюсь быстрее. Не говоря уже о том, что привлеку меньше внимания.

Я открыла рот, чтобы возразить.

– Ты знаешь, что это правда, – сказал Уит. – Чем быстрее я это сделаю, тем лучше. Что, если мы столкнемся с кем-нибудь из помощников твоей матери? Я не могу прятаться, если вы будете следовать за мной по пятам. Вряд ли так просто будет скрыть твои прелестные формы. – Он опустил взгляд, внимательно оценивая, как платье облегает изгибы моего тела.

Когда Уит поднял глаза, они горели, словно два костра, в которых потрескивали и шипели искры.

Он не прикасался ко мне с нашей первой брачной ночи, и я была рада этому. В глубине души я знала, что произойдет, если он переступит эту черту: мне придется бороться с собой, чтобы уйти. Я не была уверена, что выиграю эту битву. Разве это не отрезвляет?

– Тебе придется что-нибудь придумать, – заявила я. – Потому что мое участие одно из условий, помнишь? Или ты собираешься еще раз показать мне, что твои слова – пустой звук?

Уит стиснул зубы.

– У меня есть идея, – вмешалась Исадора. – Почему бы мне не остаться