Титаник и всё связанное с ним. Компиляция. Книги 1-17 - Екатерина Барсова

Она посмотрела на другой конверт. Вдруг это от дядюшки Хью? Возможно, но маловероятно. «Ох, Дейзи, только постарайся ничего не испортить. Позволь мне быть счастливой».

ПРИЕЗЖАЙ НЕМЕДЛЕННО ПРИВЕЗИ ДЕНЬГИ ОДЕЖДУ ПРИВОКЗАЛЬНАЯ ГОСТИНИЦА ДУВР

Отсутствие в телеграмме подписи и лишних слов подсказало Поппи, что послание пришло от Дейзи и у нее совсем закончились деньги. Должно быть, она потратила на этот крик о помощи последние пенни.

Отложив бухгалтерские книги, Поппи заполнила два бланка ответа – один для Гарри, другой для Дейзи – и вышла на кухню, где передала их посыльному.

Глава девятнадцатая

Манеж Лондонского Шотландского полка

Гарри Хейзелтон

Сэр Эрнест Шеклтон присоединился к Гарри и Салливану, когда они отправились из Даличского клуба в манеж, где сразу после обеденного перерыва должен был давать показания Чарльз Хендриксон. Когда они вышли на Пэлл-Мэлл и впереди показался Букингемский дворец, Салливан остановился. Он посмотрел на королевский штандарт, развевавшийся над портиком.

– Это означает, что король сейчас в резиденции, – сообщил Шеклтон.

– И чем он занимается целый день? – спросил Салливан.

– Не знаю, – ответил Шеклтон. – Империя большая, почти половина мира. Уверен, ему есть чем заняться. Он ведь и в Австралии побывал.

Губы Салливана изогнулись, но шрам мешал понять, была ли это улыбка или всего лишь саркастическая усмешка.

– Братец старого короля как-то приехал в Австралию с имперским визитом, и один из наших парней выстрелил в него. Не убил, но хоть постарался. Некоторые из нас понимают, почему он это сделал.

Гарри посмотрел на льва, леопардов и арфу на цветастом флаге[101] и подумал о том, как часто он рисковал жизнью ради этого флага. Недовольство в словах Эрни Салливана оказалось желанным отвлекающим фактором. Размышления о судьбе широко раскинувшейся империи позволяли отвлечься от смятого клочка бумаги, лежавшего в кармане. Телеграмма была короткая. Она не приедет; она нужна Дейзи. «Она всегда будет нужна Дейзи».

Шеклтон похлопал его по плечу.

– Идем, Хейзелтон. Нельзя стоять тут и целый день пялиться.

Подойдя к манежу Лондонского Шотландского полка, они увидели обычную толпу репортеров и фотографов, слонявшихся у входа. Репортеры вечно высматривали богатых и знаменитых персон или кого-нибудь из выживших свидетелей. Шеклтон, естественно, привлек их интерес, но репортеры, столпившиеся вокруг него, даже не глянули в сторону его спутников. Гарри они совсем не знали. Он всегда оставался на периферии расследования, входя и выходя через боковую дверь, и редко посещал зал, где давались показания. Эрни Салливана они тоже не знали. В добротном костюме, с аккуратно подстриженной бородой и в шляпе, отбрасывавшей легкую тень на лицо, он совершенно не походил на человека, орудовавшего лопатой и обливавшегося потом возле котлов «Титаника».

Шеклтон отмахнулся от репортеров. Он не мог сказать ничего нового. Он по-прежнему считал, что четыре узла – самая безопасная скорость во льдах и идти быстрее значит напрашиваться на неприятности.

Бен Тиллет ждал их в здании манежа, где уже начались слушания. Портьеры Клайва Бигема все так же поглощали звук, и Гарри ощутил облегчение, когда Тиллет сказал, что занял для них места в первом ряду.

Прежде чем сесть, Гарри отвел Тиллета в сторону.

– Юрист знает, какие вопросы задавать?

– Знает.

– Он это сделает?

– Говорит, что постарается. Вклиниться между юристами «Уайт стар» очень непросто.

По пути к своему месту Гарри остановился и оглядел участников этой игры с высокими для «Уайт стар» ставками. Лорд Мерси сидел на самом высоком помосте и казался беспристрастным, но скучающим. Единственной уступкой с его стороны в пользу того, что это не настоящий суд, было отсутствие парика и мантии. Окружавшие его юристы на помостах пониже также имели неофициальный вид в одежде, но не в поведении. Клайв Бигем настаивал, что это не суд, но ничто было не в силах развеять ощущение, что человек, стоящий сбоку на месте, обнесенном поручнями, на самом деле находится на скамье подсудимых.

Чарльз Оскер Хендриксон, человек, подкупленный, чтобы отойти от судна в почти пустой шлюпке, был светловолос и краснолиц под стать своему шведскому имени. Салливан, тоже пробиравшийся вдоль переднего ряда к своему месту, резко остановился и уставился на него. Хендриксон посмотрел на него в ответ достаточно долго, и было ясно, что он узнал человека, с кем когда-то выходил в море.

Гарри дернул Салливана за руку.

– Сядь. Ты привлекаешь внимание.

Салливан сел, удовлетворившись лишь сердитыми взглядами, которые время от времени бросал на свидетеля. Все внимание Хендриксона снова было поглощено группой юристов, забрасывавших его вопросами.

В дверях за помостом краем глаза Гарри заметил Клайва Бигема. «Почему он здесь? Подозревает, что мы готовы положить конец его игре? Попробует остановить нас, или то, что мы делаем, на самом деле ему на руку?» Бигем был военным и подчинялся приказам, но приказы не обязательно могли ему нравиться.

Гарри пожалел, что Поппи не было рядом в момент его триумфа. Он был отставным офицером без состояния и без особых перспектив, но решился выступить против самых могущественных людей в британской торговле и стоял на пороге победы. По крайней мере один свидетель скажет правду. Он надеялся, что не ошибся в том, почему Бигем поручил ему это задание, потому что знал, что они обладают схожими навыками. Они оба преуспели в искусстве намеков и чтения между строк.

Он огляделся и заметил огромную фигуру Чарли, занимавшую сразу два стула возле стены рядом с моделью «Титаника». Репортер был наготове. Если юрист Тиллета сумеет задать нужные вопросы, Чарли будет знать, что делать с ответами. Это был важный день для репортера. Сегодня он может получить возможность постучать в двери «Таймс».

Гарри обратил внимание на юриста, допрашивавшего Хендриксона. Это был невысокий человек с немытой головой и в плохо сидящем костюме. Он нервно расхаживал из стороны в сторону и бомбардировал Хендриксона вопросами.

Гарри обернулся к Тиллету.

– Это наш человек?

– Нет. Это Харбинсон. Он представляет интересы пассажиров третьего класса. Отлично справляется с очернением имени Дафф-Гордона. Нам это не поможет, но все равно приятно посмотреть.

Харбинсон подошел поближе к свидетелю.

– Значит, вы утверждаете, что шлюпка номер один была спущена на воду с семью гребцами и всего пятью пассажирами?

– Да, сэр, с пятью пассажирами, – кивнул Хендриксон.

– Разве экипаж не обязан приложить все усилия для спасения пассажиров? – удивленно поднял брови Харбинсон.

– Именно так, сэр.

– Я не вполне понимаю, почему вы, семеро членов экипажа, несмотря на протесты этих пассажиров первого класса, не вернулись за погибавшими?

Хендриксон пробормотал ответ так тихо и неразборчиво, что его