Осенняя рапсодия - Вера Колочкова

Котенок и впрямь был симпатичный. Серенький, с продольными белыми полосками по спинке. Он него слегка несло помойкой, испугом и переменой жизненных обстоятельств – не каждому так в жизни везет, простите, чтоб умиротворенный человек, то бишь будущая хозяйка, ему на пути вот так запросто встретился. Марина взяла его за горячий живот, и он мяукнул громко и пискляво – знакомился, наверное. И тут же вонзился цепкими коготками в руку. Пребольно, между прочим.

– А как его зовут, Кать?

– Да не знаю… Назовешь как-нибудь покрасивше! Парень это, я глядела. Хороший котяра вырастет. У тебя мужик-то, я слышала, вернулся?

– Ой, да снова ушел! – легко махнула свободной от котенка рукой Марина. – И бог с ним, Кать… Лишь бы от перемены мест слагаемых сумма не менялась…

– Че-во? Не поняла я, Марин… – моргнула растерянно Катя, но от уточнений подробностей благоразумно воздержалась. Пристро ила котенка, и слава богу. Просто стала смотреть благодарно Марине вслед. Пусть бежит. Ишь как заторопилась… Прыгает по ступенькам, как молодая коза…

Выскочив из подъезда, Марина присела перед Ильей на корточки, произнесла весело:

– Смотри! Я котенка взяла!

– Симпатичный… – ответил он ей так, будто дрожащая серая животинка была единственной и самой важной темой для разговора. – А как его зовут?

Марина не ответила. Присела рядом с ним на скамью, подвинула лицо поближе, посмотрела в глаза, улыбнулась плавающей дурной улыбкой. Потом произнесла с легким смешком:

– Хм… Слагаемое… Ты мое слагаемое…

– Это что, котенка так зовут – Слагаемое? – удивленно и грустно уставился он на нее.

– Нет. Котенка мы по-другому назовем. Подумаем как. С Машкой посоветуемся. И вообще, пойдем домой, тут холодно и темно… Пойдем, я тебя с Машкой познакомлю! Она тебе понравится, она у меня умная девчонка…