Рэвилт, 1 Арка. - Рэвилт

И в довершение всего,- ржанье лошади ворвалось в гущу событий,- то Карэй, не совладав с искушение, ворвался в битву, изрубая за раз двух, трёх, а то и четырёх врагов. Но, не смотря на столь удачное начало, ноги его лошади были срублены гигантским топором, а ледяная дымка принимала очертания скелетов, впивающихся когтями в каменные доспехи. Изламывая пальцы духов, Карею удалось увернуться от топора, а следующей же атакой он изрубил противника вместе с его орудием.

Мало по малу ледяных становилось меньше, и вот, последний из них  пал от рук Карэя.- Не уж то всё?- запыхавшись, произнёс он, смотря на холм с двумя всадниками, величественно наблюдающими за боем.

- Не плохо,- возрадовался Конгелат, выставив правую руку, незамедлительно качнувшуюся  ладонью вверх…

Останки ледяных воинов вздрогнули, и словно взорвались, разлетевшись на мелкие частицы, устремившись к своему Господину, когда ледяное облако рассеялось,- перед Конгелатом стояло его войско, целое и невредимое. Мало того… Несколько сот дьявольских колесниц, запряжённых тиграми, возглавляли это войско, как и не менее пятисот ледяных духов, опоясывающих двух тысячное войско.

- Их стало больше,- тревожно произнес Охэнзи, подавляя дрожь.

Не произнося ни слова, каменные солдаты выстроились не большой дугой.  Потерь не было, что обрадовало Карэя,- Максимум силы!- приказал он, вызвав вопросы у Охэнзи, наблюдающего за воинами. Они все как один глубоко вдохнули, и вот, их каменная броня начала трескаться, даже на мечах, а в трещинах словно бурлила лава, то была их кровь и сила.

- «Мы выстоим, даже ценой нашей жизни,- твёрдо уверился Карэй, не сомневаясь  в том, что и остальных посетила эта же мысль»

…

- «Всё верно,- рассуждал Торин, смотря на новоявленное войско, если в каждом боль и страдание десяти душ, то Господин легко может увеличить численность солдат в десять раз, при этом опыт и сила, обретённая в бое, разделяться поровну на всех. Но я ничего не знаю о них, всего девять, девять отбросов составили достойную конкуренцию нашему войску»,- Кто они?- спросил он не без трепетного интереса.

- Они? Видишь ли, в стародавние времена, при помощи древней магии, Скорхэд получил воинов из камня и лавы. Когда-то их было шестьсот, но я заблуждался, думая, что уничтожил всех,- Конгелат махнул рукой, и войско обрело дыхание…

- Готовьсь!- скомандовал Карэй, воины натянули алую тетиву дышащего жаром лука, переливисто красные стрелы, источая пары, застыли в не терпении, то стрелы их собственной крови. Большой палец левой руки, в котором и был лук, рождал густую лавную массу, потянув которую образовывалась стрела, в отличии от каменных стрел зарождавшихся в чахлее лука, эти были куда мощнее.

- Пли!!!

Просто с не мыслимой скоростью, тёмная высь была располосована кровавой рябью,- тысячи стрел устремились на противника, тысячи и всего девять лучников, их движения были столь быстры, что могло показаться, что они стоят на месте.

От флангов к центру, ледяное войско обращалось в плавленый пар, ибо стрелы пронзали насквозь того кто встал на пути, и не просто пронзали, а ещё не которое время расплавленная рана продолжала уничтожать противника, но… Результат был обманом…

Войско не приуменьшилось ни на единицу, плавленые раны, даже на лице и в головах, затягивались почти моментально, а кружащимся призракам и вовсе не было вреда.

- Ять!- выругался Карэй, не находя никакого другого слова что б подчеркнуть силу противника,- Что ж используем это,- он дёрнул меч на поясе, обращаясь к Охэнзи, поскольку заметил как тот что-то задумал,- Наше оружие на нас не работает поэтому тебе…

- Понял-понял,- задиристо ответил безликий…

- Воины!- Карэй отбросив лук в сторону, положил меч на плечо, больше он ничего не сказал, но его солдаты всё поняли, не зачем тратить напрасно слова. Сейчас будит, возможно, последняя битва их славных сражений…

…

- А они весьма искусны,- подметил Торин, всё больше и больше проникаясь этим сражением.

- Да,- согласился Конгелат,- Весьма интересные ребята,- «Если эта атака не сработает, предстоит личное вмешательство»

Не терпеливым движением кисти, Конгелат отдал приказ…

Ледяное войско ускорило  наступление…

…

Клубы пара накрыло песчаное поле боя, девять каменных воинов столкнулись с двумя тысячами. Пламя лавы, пламя их крови вырывалась из их мечей, сокрушая врагов своих, но их было слишком много. Даже оставшаяся от тигра голова стремилась в атаку не ведомым способом, представляя значительную угрозу. Даже разваливающиеся колесницы обращались в жужжащие птицы, столь схожие с колибри, способные оставить глубокие раны, пробив каменную броню, а броня, пострадавшая от этих довольно шустрых птичек, разрывалась льдами. Разыгралась поистине борьба льда  и пламени.

Охэнзи держа нож в правой, руке разрезал себя от головы до пояса, его движение было медлительным, и весьма отвратительным для зрелища. Остановив на безликом мимолётный взгляд, Карэй отбросил всякие мысли, ещё более сосредоточившись на бое. Этот демон, видевший множество битв, и в не менее множестве принявший участие, только слышал смутные слухи, произносимые с уважительной осторожностью, слухи которые он не мыслил увидеть…

- А вот и истинный, Безликая Смерть,- произнёс Конгелат.

Словно сбросив теневую кожу, явил  Охэнзи свою сущность. Его лицо так и осталось безликим, украшенное жуткими гримасами дымчатых лиц, всегда выражающих агонию. Его тело тоже  изменилось: он стал чуть выше, очертания одежды свисали длинными лоскутами, а за спиной были сложены костлявые крылья, и вдобавок ко всему коса, служила оружием истинного Охэнзи.

Рычаще выдохнув, безликий взмахнул косой, её тень устремилась на противника, разрубив с десятка два вражеских солдат, сумевших просочиться через каменных воинов, чья участь становилась не завидной.

В ответ на это Охэнзи пронзили ледяные стрелы, больше похожие на копья, шесть копий прошли насквозь, но лишь тёмная материя осталась на них, в то время когда сам безликий выпрыгивал из чей-нибудь тени, нанося смертельный удар, скорее всего благодаря раскинутой ранее луже, служившей неким проводником.

…

Торин вздрогнул, дрожь пробежала по его телу, вздрогнул не от увиденного, причиной его беспокойства стал скрип, скрип открывающихся дверей,- врат  преисподней огня…

…

В немом исступлении Вивея и Дэйн смотрели на разыгравшееся сражение, разыгравшееся на листах раскрытой книги, столь реалистичное, что они даже могли слышать голоса, и в какой-то мере ощущать запахи, и даже прикоснуться к участникам сей битвы, что, скорее всего, было невозможно.  Комната наполнялась переливистыми цветами, оттенки которого зависели от сражения, а клубы  иллюзорного дыма, вырывающегося из книги, добавлял ещё большей реалистичности.