Поводыри богов (сборник) - Татьяна Алфёрова
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Звонок завыл, как волк, как ноябрь в печной трубе, как потревоженная желтой прессой совесть честного гражданина, – сигналом к войне. Данилыч из последних сил поднялся на локтях, спустил ноги с дивана: коротенькие с высоченного. Набрался решимости, спрыгнул; пол расстилался где-то далеко внизу, в другой жизни. Удачно приземлился, отдышался, но не позволил себе задерживаться и повлекся в гостиную, откуда раздавались голоса: чувствовал, что сегодня заключительная сцена действа и он должен присутствовать.
В гостиной, как когда-то любил Данилыч, за накрытым празднично, но без роскошеств, столом сидели Алла и он сам, в своем любимом сером костюме «Хьюго Босс» из чистой шерсти; вернее, Данилыч был в брюках и тонкой рубашке с расстегнутым воротом и ослабленным узлом галстука, а пиджак от костюма висел позади, на спинке стула, то есть тоже присутствовал.
Данилыч замер, влипая в дверной косяк, привыкая к зрелищу. «Это же не я! – не сразу сообразил. – Это… Черт?»
– Милый! – отвратительно густо накрашенные губы Аллы подернулись улыбкой на отекшем расплывшемся лице. – Ты без меня хорошо будешь себя вести? Один в такой большой квартире? Подумай! Когда я вернусь, нас будет уже трое… И все-таки я боюсь: возраст, первые роды… Хоть они кладут меня заранее и тебе не придется вскакивать среди ночи вызывать «скорую», а все-таки, все-таки…
Черт самодовольно рассмеялся, положил руку с длинными узловатыми пальцами – пять, пять пальцев! – на чудовищный живот Аллы.
«Мерзкий какой смех, словно голодный козел блеет, – отметил Данилыч. – Неужели у меня был такой смех?»
Черт лениво оглянулся, погрозил Данилычу тонким пальцем, непонятно почему вызывающим непристойные ассоциации:
– Не шали! Поздно, хе-хе-хе, душа моя!
– Кого это ты пугаешь? Кому грозишь?
Данилыч успел заметить, как Алла заранее растянула губы еще шире, ожидая шутки, которой черт пронзит ее.
– Завистливому духу. Не бойся, я его сейчас аннигилирую, – снял руку с ее опустившегося живота, щелкнул пальцами. – Вот и все, моя ходячая люлечка, ты свободна и полна счастьем!
Женщина повернулась к тому, кто сидел рядом, расцвела нежным румянцем, и дитя улыбнулось во чреве.
04.08.12–21.08.13
