Куратор (СИ) - Киров Никита

Я всё-таки по старинке воспользовался поисковиком. Мне сегодня уже хватило машинного интеллекта.

Уже через несколько минут я кое-что знал.

Посидел ещё. Стемнело, в общаге вырубили свет, кто-то похрапывал этажом выше, а один из соседей по комнате тяжко сопел носом, будто во сне задумался о тягостях жизни.

А я разбирался с этой приблудой.

На самом кошельке был установлен пин-код, но никаких подсказок насчёт него не было записано ни в блокноте, ни в прочих бумагах. И чтобы не заблокировать его раньше времени, нужно было подумать, как действовать.

Тогда будем разбираться в инструкциях.

Чтобы восстановить доступ к средствам Воронцова, я поставил себе приложение с кошельком и начал вбивать туда все двадцать четыре слова, найденные в записной книжке.

Это так называемая сид-фраза для восстановления кошелька. Эти слова нужны для того, чтобы утеря или поломка кошелька не повлекла за собой потерю денег. Ввёл их, и вся твоя криптовалюта никуда не делась.

Потерять такой кошелёк вообще не страшно, а вот потерять эту фразу — опасно. Или другой человек получит доступ к деньгам, или ты сам никогда не сможешь их вернуть. Поэтому их и не хранят на компе, который могут взломать, а обычно запоминают или записывают на бумагу и хранят в сейфе.

Сейфа у Воронцова под рукой не было, поэтому он держал всё в записной книжке, как самую ценную для него вещь. В каком-то смысле это так и было.

Если бы она потерялась, то все его средства — цена предательства — могли пропасть впустую. Чего Воронцов точно бы не вытерпел.

Вспомнилось, как кто-то на работе из молодёжи смеялся, как один человек где-то за бугром случайно выкинул жёсткий диск с такой фразой и не мог получить доступ к огромной сумме с биткоинами. Даже пытался выкупить городскую свалку, что поискать диск там, но ничего из этого не вышло.

Вбил все слова, но тут меня ждал тупик.

Система запросила ещё и парольную фразу — так называемое двадцать пятое слово. Ещё один пароль для безопасности.

И вот без этого доступа к средствам не будет. Вернее, кошелёк-то открылся, но баланс нулевой, и ничего посмотреть невозможно. Значит, не то.

А что же он мог использовать?

Я снова полистал книжку. Подсказок не было. Вернее, могли быть, но их ещё надо узнать.

Телефон коротко завибрировал, я посмотрел на него.

Ага, наша Катя из ФСБ сама обо мне вспомнила. Снова будет притворяться журналисткой.

«Привет