Сколько ты стоишь? - Аннa Шнайдер

И с первой частью — что было сделано — Варя справилась довольно-таки легко. А вот дальше начались проблемы…

За час запомнить все детали и тонкости нового контракта непросто, а уж когда тебя трясёт от приступов паники — тем более. И Варя совершенно глупо уткнулась в распечатанные бумажки, стараясь уловить суть рекламной концепции, разработанной ещё Ритой, женой Мишина.

Но сделать это быстро не получалось. Варя перебирала бумажки, пытаясь ухватить основную мысль за хвост, а в итоге только рассыпала их по полу.

— Сиди, я сам, — сказал Берестов, опустился на одно колено — на здоровое, конечно, — и принялся собирать рассыпанное. И продолжил — так же невозмутимо, как и раньше: — В принципе, будет правильнее, если я вам объясню основные вехи нового контракта, а Варя затем дополнит. В прошлом договоре в услуги входило создание логотипа, лозунга и плаката, но при этом там не было условий реализации — только создание. Сейчас же в новый договор у нас с вами входит создание рекламной концепции по некоторым спектрам услуг. Билборды, журнальная реклама, раздаточные материалы, интернет-реклама, пиар в соцсетях, создание сайта. Всё это — с реализацией через нашу фирму плюс фирмы наших партнеров.

Это должна была рассказывать, конечно, Варя, а задача Ильи — только обсудить условия договора. В том числе и финансовые. Впрочем, последнее можно было оставить и на совесть Сергея, если бы возникли какие-то непримиримые разногласия.

А Берестов совершенно спокойно, собирая рассыпанные Варей листочки, начал рассказывать её, креативную, часть, давая возможность девушке прийти в себя и всё вспомнить.

Потом сел на свой стул и осторожно придвинул к ней бумаги, словно опасаясь очередного приступа паники.

Всё это подействовало на Варю совершенно слёзовыжимательным образом. И она, доведя встречу до конца и распрощавшись с клиентками, кидающими на Илью вожделенные взгляды, помчалась в туалет, где заперлась в кабинке и долго сидела, вытирая слёзы туалетной бумагой.

Насколько было бы проще ненавидеть Берестова… Но она не могла.