Истинная для Ледяного Дракона. Княгиня Южного предела (СИ) - Томская Светлана

Его пальцы продолжают свой танец, высекая искры, заставляя меня извиваться. Внизу живота нарастает болезненное и одновременно сладкое напряжение. Иногда оно отступает, а потом снова сжимается тугой пружиной и с каждым разом всё сильнее. А потом раскручивается смерчем, заполняя все самые отдалённые уголочки тела.

Я тяжело дышу, приходя в себя. Волны удовольствия блуждают внутри, пальчики на ногах поджимаются. А я пытаюсь сообразить, что вот это сейчас было. Но додумать мне не дают.

— Теперь ты готова.

Айварс снова вдавливает меня в кровать своим горячим телом. И я чувствую его желание.

Короткая вспышка боли заставляет меня вскрикнуть, разогнав мечущиеся по телу волны наслаждения. Айварс замирает, нависая надо мной и опираясь на локти.

— Дыши, Рия, просто дыши, — он дует на моё разгорячённое лицо, нежными поцелуями касается губ, глаз.

Боль отступает, я осторожно вдыхаю и выдыхаю, боясь пошевелиться. Но Айв не даёт мне времени сосредоточиться на неприятном ощущении. Наклонившись, проходится быстрыми лёгкими поцелуями по шее, ключицам, запуская вереницы мурашек, чередуя осторожные укусы с возбуждающими касаниями языка.

И я неожиданно для себя сама подаюсь ему навстречу, медленно, принимая в себя свою часть, свою половинку, соединяясь в единое целое со своим мужчиной, наполняясь им до краёв.

Айв начинается двигаться быстрее, внутри меня разгорается огонь, в него начинают вплетаться потоки холода. Это похоже на качели, которые взлетают всё выше и выше с каждым движением, а потом обрушиваются в пропасть. Обжигающие сполохи огня, морозное покалывание ледяных иголок — всё это сливается, переплетается, снова разделяется на стихии, а потом в едином порыве скручивается и сжимается до крохотной точки, до пульсирующей микровселенной.

Очередной виток, взлёт, падение. Мощное, сокрушающее все преграды движение. Я выгибаюсь, сжав в себе Айварса, ловя внутри его вибрацию, принимая её. Мир застывает, оставив нас в оглушающей тишине. Ни стука сердца, ни дыхания.

А потом мы взрываемся, разлетаясь на осколки.

Обжигающим льдом горит моя татуировка на запястье, и холодным огнём пульсирует в ответ рисунок на руке Айварса.

Горячий шёпот:

— Больше я тебя не потеряю.