Нулевой пассажир - Олег Лесников
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
— Прыгай!
Выбирать мне не приходилось, и я, перемахнув через леера[54], спрыгнул в качавшуюся на воде моторку. Тут же взревел подвесной мотор, и лодка, высоко задрав нос, сорвалась с места. Стремительно пройдя через дымовую завесу от полыхающей уже вовсю яхты, лодка обогнула остров и наконец мягко ткнулась в прибрежный песок маленькой, закрытой со стороны моря бухты.
— Можешь не благодарить, Варава, — обернулся ко мне мой спаситель.
— Даже не собирался. Надеюсь, Пал Палыч, на этот раз организатором этого впечатляющего шоу были не вы?
— Варава, ты вообще иногда соображаешь, что говоришь?
— Всегда. Или почти всегда. Только зря вы все это затеяли.
— Что именно?
— Ну это ваше эффектное появление. Я прекрасно выплыл бы и сам, без вашей помощи.
— Интересно как?
— Обыкновенно. Брассом[55].
— А теперь слушай меня сюда, пловец. Со вчерашнего дня Интерполом на тебя выставлено «Красное уведомление». Тебе, надеюсь, не нужно объяснять, что это значит?
— Не нужно. Но, насколько я понимаю, это еще не ордер на арест.
— Ну какой арест? Тебя просто объявили в международный розыск. Только и всего, — ядовито заметил он и улыбнулся.
— Им еще нужно меня найти.
— Нашел я, найдут и они.
— А, кстати, как вы меня нашли?
— Ты же сам оставил свой телефон в баре, а потом забрал. Стареешь. Твоя симка до сих пор активна. Так что, по крайней мере для меня, твоя геолокация давно не секрет. Кстати, если ты думаешь, что о твоих задушевных играх с «Моссадом» мне ничего не известно, то ты ошибаешься.
— Это Денис меня слил?
— Денис здесь ни при чем, — тяжело вздохнул Татарский.
— Как бы там ни было, я уже взрослый мальчик и давно привык играть по-взрослому.
— Это все так, только не забывай, что ты, пока работаешь у меня в отделе, являешься госслужащим.
— А я все еще работаю у вас в отделе? — усмехнулся я.
— Пока да. Но учти, если будет доказана твоя связь с «Моссада» — то твои игры, Варава, уже могут расцениваться не иначе, как государственная измена, и не мне тебе объяснять, чем это может для тебя обернуться. Денис твой, кстати, тоже объявлен в розыск.
— Его-то в чем подозревают?
— Действительно. Уж он-то у нас белый и пушистый. Его не подозревают, Артем. А обвиняют — и, как минимум, во взломе базы данных Интерпола. Только не стоит меня уверять, что это он провернул не по твоей просьбе.
— Он задержан?
— Нет. Я успел вовремя вытурить его в отпуск и убедил улететь из страны. Буквально за сутки до того, как ребята из ЦИС ФСБ[56] вычислили его IP-адрес.
— И где он теперь?
— Я так думаю, загорает в Варадеро[57].
— Спасибо.
— Спасибо, Артем, как говорится не булькает. Я своих никогда не сдавал и сейчас не сдаю. А вот эта дамочка из «Моссада», Эстер, кто она тебе? Уверен, что она тебя не сольет в итоге?
— Давайте об этом поговорим в более подходящем месте.
— Все более подходящие места, к сожалению, имеют длинные уши. Так что договорим здесь.
— А потом?
— Видишь, тропинка между скалами наверх? Там я бросил машину.
— Хорошо, о чем говорить будем?
— Об «Арабеске»… Начнем с того, что заложники наши, то бишь Филиппов, Самарина, Бурова и Старостин, никогда не работали в музеях, библиотеках и прочих богоугодных местах, а являлись действующими сотрудниками ГРУ и были задействованы, как выяснилось, в секретной операции «Волонтер».
— Теперь понятно, почему они так легко сбросили нашу «наружку» в Дамаске. Я так понимаю, ФСБ было не в курсе проводимой ГРУ операции? Потому и «тащили» их в Сирии?
— Естественно. Операция «Волонтер» проводится ГРУ в обстановке строжайшей секретности уже в течение шести лет и направлена на предотвращение террористических угроз, выявление террористических и экстремистских организаций, предотвращение возможности захвата террористами оружия массового поражения, а также секретных военных разработок других стран. Так что, если израильская «Арабеска» направлена только на устранение террориста Абу Рейхана и изъятие секретной документации Третьего рейха в области психотропного оружия, то у нас это только один из этапов «Волонтера».
— Понятно.
— По нашим данным, эти материалы немцы еще в 1945-м поместили в ячейку в банке Ватикана. В особом хранилище на предъявителя. Есть там такое. Для доступа к сейфу нужно знать номер ячейки и иметь второй ключ. Но нам с тобой известно, что в апреле 1945 года немцы эвакуировали часть ценностей и, по свидетельству немецкого военврача Отто Брамса, номер банковской ячейки и ключ находится в ящике с ценностями, маркированном номером 2. Предположительно, захоронка и по сей день находится в районе острова Тиран. Вот только, где именно, неизвестно. Филиппов, Самарина, Бурова и Старостин летели в Шарм-эш-Шейх под видом дайверов, чтобы, как мне удалось выяснить через свои каналы в ГРУ, встретиться с нашим Фроловым… — Татарский сделал эффектную паузу, с видимым удовольствием наблюдая за моими расширившимися от изумления глазами, и продолжил: — И проверить эту информацию. Так что, как видишь, я тоже не сидел в Москве сложа руки…
— Вот так новость! Получается, Пашка вовсе не собирался лететь в Москву? А какое отношение Фролов имеет к ГРУ?
— Ты теленок, Варава. Видать, тебя действительно крепко приложили по голове. Забыл, что он много лет проработал нелегалом в Сирии?
— Точно, — хлопнул я себя по лбу и непроизвольно сморщился от боли в затылке. — Управление «С» СВР[58].
— Дошло наконец? «Волонтер» — совместная операция ГРУ и СВР.
— Абу Рейхан, как я вижу, тоже не сидел сложа руки. Сначала угнал самолет, похитил четырех сотрудников ФСБ. Потом устранил Амона и Пашку. Прокол вышел только с девушкой Амона Файзой. Да и то только потому, что я вышел на нее раньше, чем до нее добрался киллер. А два дня назад
