Человек на улице - Жорж Сименон

Мегрэ вытащил платок и громко высморкался. Сморкался он долго. Солнечный луч, тонкий и хрупкий луч этого зимнего сквозь стекло. Прыщ, точнее, фурункул ярко блестел на лбу у мужчины, которого Мегрэ уже не мог называть про себя иначе, как «человеком».

— Да, его убила ваша жена.. Когда почувствовала, что он пренебрегает ею… И вы поняли, что убила она.. И не захотели… Внезапно он встал и подошел к человеку.

— Ты уж меня прости, старик, — проворчал он, словно обращаясь к старому другу. — Я ведь был обязан выяснить правду, понимаешь!… Это был мой долг…

Приоткрыл дверь.

— Введите мадам Дору Стревзки… Люкас, продолжай, а я… И в течение двух последних дней комиссар не показывался на набережной Орфевр. Шеф позвонил ему домой:

— Послушай, Мегрэ… Она во всем созналась… Кстати, как ваш насморк?… Мне сказали…

— Ничего страшного, шеф! Уже все в порядке… Через денек… А он как?

— Кто… как?…

— Он!

— А! Понимаю. Нанял лучшего адвоката Парижа.. Надеется… Вы ведь знаете, убийства на почве ревности…

Мегрэ снова улегся в постель и продолжал оглушать себя большим количеством грогов и таблеток аспирина. Позже, когда коллеги пытались завести с ним разговор об этом расследовании:

— Какое расследование?… — ворчал он с таким тоном, что мгновенно отбивал у собеседников всякую охоту к дальнейшим расспросам.

А «человек» долго ходил к нему раза по два в неделю и держал в курсе всех надежд и планов адвоката.

Приговор был не то чтобы совсем оправдательным: год с отсрочкой.

И именно «человек» научил Мегрэ играть в шахматы.