Звонок издалека - Ричард Матесон

Но когда пробило два часа, потом три - а монтера все еще не было в доме, - мисс Кин снова начала беспокоиться.

- Что случилось с этой девушкой? - высказала она свое раздражение. - Она меня искренне заверяла, что монтер придет сегодня после обеда.

- Он придет, - успокоила сиделка Филлипс. - Наберитесь терпения.

Четыре часа - монтера нет. Мисс Кин уже не до карт, чтения и радиоприемника. То, что начало было спадать, стало вновь нарастать, с каждой минутой, пока в пять часов не зазвонил телефон, ее рука резко и решительно высунулась из расклешенного рукава халата и вцепилась, подобно когтистой лапе хищника, в трубку. "Если заговорит мужчина, - пронеслось в ее мозгу, - если он заговорит, то буду вопить, пока не остановится сердце".

Она поднесла трубку к уху.

- Алло?

- Мисс Элва, говорит мисс Финч.

Глаза ее закрылись, затрепетало дыхание.

- Да?

- По поводу тех звонков, которыми, как вы говорите, кто-то вас беспокоит.

- Да? - В голове отпечатались слова мисс Финч: "...звонков, которыми, как вы говорите, кто-то вас беспокоит".

- Мы посылали человека, чтобы разобраться с ними, - продолжила мисс Финч. - Вот у меня здесь его отчет.

Мисс Кин затаила дыхание.

- Да?

- Он не смог ничего найти.

Элва Кин молчала. Ее седая голова неподвижно лежала на подушке, трубка плотно прижата к уху.

- Он говорит, что связывает эту... эту сложность с проводом, упавшим на землю на окраине города.

- Упавшим - проводом?

- Да, мисс Элва. - Не похоже, чтобы мисс Финч была довольна.

- Вы утверждаете, что я ничего не слышала?

Голос мисс Финч был тверд.

- Невозможно, чтобы кто-то звонил вам с того места.

- Говорю я вам: мне звонил мужчина.

Мисс Финч молчала, и пальцы мисс Кин судорожно сжали трубку.

- Там должен быть телефон, - настаивала она. - Ведь какимто образом этот мужчина смог звонить мне.

- Мисс Элва, провод лежит на земле. - Она сделала паузу. - Завтра наша бригада повесит его на место, и вам не...

- Но он же как-то звонил мне!

- Мисс Элва, там никого нет.

- Там - где, где...

Телефонистка сказала:

- Мисс Элва, это кладбище.

В черной тишине своей спальни лежала незамужняя дама, калека, и ждала. Ее сиделка не захотела остаться на ночь; сиделка приласкала, пожурила ее и оставила без внимания.

Она ждала телефонного звонка.

Она могла бы отключить телефон, но не было желания. Она лежала, ожидая, ожидая, размышляя.

О молчании - об ушах, которые раньше не слышали, и стремились услышать вновь. О бульканий и бормотании - первых неуклюжих попытках, сделанных тем, кто раньше не говорил - интересно, как долго? Об "Алло? Алло?" - первом приветствии, произнесенном тем, кто долго молчал. О "где ты?" О (вот что заставило ее лежать так неподвижно) щелчках в трубке и ее адресе, называемом телефонисткой. О...

Звонит телефон.

Пауза. Звонок. Шорох ночной рубашки в темноте.

Звонок прекратился.

Напряженное вслушивание.

И трубка, выскальзывающая из белых пальцев, неподвижно застывшие глаза, слабые, медленные удары сердца.

На улице - стрекочущая сверчками ночь.

В доме - слова, все еще звучащие в ее голове, придающие ужасное значение тяжелой, удушливой тишине.

- Алло, мисс Элва. Сейчас я приду.