Современный российский детектив - Анна Майская

заднюю часть заимки, расположенную с тыльной стороны выставленных в один ряд домов. Это было словно команда к началу действий, и все, не занимающие руководящих должностей, сотрудники похватали из второй машины заранее прихваченные лопаты, имевшиеся в количестве четырех штук и, сопровождая вышестоящее начальство, отправились следом, готовые включиться в основную работу. Нетрудно догадаться, что копательный инвентарь достался водителю второго «уазика», участковому Куличёву, эксперту Кабанову, а также Юлиевой, вопреки своему, как принято считать, слабому полу не пожелавшей отлынивать от перекапывания земли и эксгумации трупов, захороненных с целью сокрытия особо тяжкого преступления. Их шествие было сейчас похоже на своеобразный клин, или «свинью», как обзывали такое построение рыцари Тевтонского ордена, некогда пытавшиеся поработить древнее Псковско-Новгородское княжество – впереди шел хромая старик, чуть сзади и по бокам двое военных, дальше полицейский начальник, его заместитель и следователь Енотов, замыкала шествие четверка усердных «работников», и в том числе Шуваёва. Словно бы рассуждая сам с собой и говоря сейчас это исключительно для себя, Востриков шел и вполголоса бормотал, вызывая у остальных сомнение в твердости своего рассудка:

– Да, я все хорошо понимаю, что, вероятнее всего, в могилах сейчас лежат трупы, убитые совсем не так, как это произошло с Ильей и его девушкой, но я должен убедиться в этом утверждении лично, ведь, как принято говорить у нас на Руси, «лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать», а тем более предположить и подумать. Да, пусть я потрачу один лишний день – ничего от такой, вполне оправданной, задержки измениться не сможет! – зато я буду на все сто процентов уверен, что двигаться необходимо в каком-то другом направлении, исключив из общего списка эту, не нашедшую подтверждения, версию. Хотя… чем черт не шути? Вдруг здесь все получится в «елочку» и можно будет с уверенностью сказать, что жестокая смерть моего сына ни была не отмщенной.

Но вот, в конце концов, они достигли нужного места, располагавшегося на удалении почти двухсот метров от дома и спрятанного среди естественных зарослей кустарниковых растений, где при все огромном желании никому и в голову бы не пришло проводить какие-нибудь раскопки – туда еще надо было пробраться! – в результате чего Василий Владимирович был вынужден прекратить свою неестественную беседу, в ходе которой пытался сам у себя получить логические ответы.

– Вот здесь, – произнес старый «бандеровец», указывая рукой на четыре почти одинаковых холмика, прикрытых прошлогодней листвой, как будто бы здесь ничего не было, – здесь похоронили тех четверых, на которых «охотились» накануне.

– Девушка, разрешите?.. – обратился генерал-лейтенант к Юлиевой, протягивая руку и, несмотря на ее активные возражения, забирая лопату. – Извините, но вы же не позволите мне наблюдать за тем, – он приветливо улыбнулся, – как одна из самых красивейших представительниц прекрасного пола будет перекапывать тяжелую землю?

Увлекаемый такой инициативой, разумеется, и Нежданов не смог остаться в стороне и спокойно наблюдать, как его непосредственный командир будет перелопачивать почву, а он, типа, будет отдыхать спокойно в сторонке, нет! Такой подход к общему делу его определенно не устраивал и он почти силой отобрал инструмент у эксперта-криминалиста, лишь скупо ему пояснив:

– Тебе еще представится возможность здесь повозится – кто, если не ты, будет трупы осматривать?

На этом все приоритеты были расставлены и каждый из «счастливых» обладателей штыковых лопат занял по определенному месту захоронения и начал, не торопясь, углубляться внутрь. На все про все ушло чуть более часа и в конечном итоге на расстоянии чуть менее метра были обнаружены четыре покойника – каждый в своей могиле; в дальнейшем было необходимо было вытащить их наружу, но и это неприятное мероприятие не заняло долгого времени, так как участвующие при эксгумации были люди опытные, проверенные временем и побывавшие в ситуациях и похуже.

Глава XVI. Польские военные и любовная близость

Покойников разложили на земле, прямо перед ямами, где они только что находились. Хотя они, конечно же, были страшно изуродованы, но это представлялось совсем не так, в каком состоянии находили сначала Вострикова-младшего и Кристину Сулиеву, а потом хулиганистого молодого человека Эбанта Виктора. Все четыре трупа имели на себе следы страшных, просто невероятных побоев: у них по всему телу, включая лицо, имелись многочисленные ссадины, кровоподтеки, гематомы и синяки, покрывшиеся к этому моменту синюшной, трупной окраской; сами же тела были уже закостеневшими и начинавшими разлагаться, поэтому по округе моментально стал распространяться неприятный, зловонный запах, вызвавший легкое головокружение даже у самых стойких сотрудников, привыкших к таким явлениям и повидавших на своем веку мертвецов, разложившихся и похлеще и пахнущих нисколько не лучше, – к таким вещам просто невозможно привыкнуть. Кроме всего перечисленного, в каждом туловище имелось по нескольку пулевых ранений, пробивших где-то спину, а где-то грудную клетку, но при этом во лбу у каждого наблюдалась и еще одна отметина – след контрольного выстрела. Настала очередь эксперта изучать изуродованные тела и все с нетерпением ждали его заключения: будет ли его вердикт положительным, что все убийства совершенны одним человеком, либо же отрицательным, что говорит о том, что просто практически в одном и том же месте, в одно и то же время совершаются убийства, разные как по характеру, так и по сути, так в точности и по манере их совершения. Кабанову достаточно было беглого взгляда, чтобы сделать свой однозначный и четкий вывод:

– Определенно, те трупы, что представились нам сейчас, убиты совершенно другим способом, иным оружием и, без сомнения, не теми людьми. В нашем случае, хотя и присутствует не меньший изверг, чем здесь, но последовательность его действий, намерений и, как теперь, после исчезновения госпожи Сулиевой, я уверен, мотивов, заставляет вполне точно предполагать, что эти тела по характеру их умерщвления значительно отличаются от тех, что нам довелось обнаружить на территории нашей области. Настоящее происшествие, думаю, нам не подведомственно, и начинать проводить какие-либо исследования – считаю мероприятием преждевременным, а главное, полностью нецелесообразным, напротив, надо информировать местные власти, а они пускай выезжают и сами уже проводят все необходимые процедуры.

– Так я и думал, – кивнул головой генерал-лейтенант, наконец-таки убедившийся со стопроцентной уверенностью, что ночное истребление лесной банды ни на шаг не приблизило их разгадке смерти Ильи и что теперь им с Неждановым придется начинать все сначала, – но, как бы не сказал товарищ Берия, попытка не пытка, а строгое установление истины. Как тут от вас, – обратился он уже к называющему себя «бандеровцем» человеку, – позвонить в окружную полицию? Ты же понимаешь: что нам необходимо о об этом зловредном рассаднике известить местные власти,