Весь Кен Фоллетт в одном томе - Кен Фоллетт

разгрузчики угля. Но Леннокс пока не показывался, что было необычно. Как правило, он все время торчал тут, играя с посетителями в карты или в кости. Маку не терпелось его увидеть. Его одолевало любопытство, правильно ли он посчитал свой заработок на этой неделе и какой окажется сумма. Но он уже догадывался, что Леннокс специально заставляет своих рабочих ждать жалованья подольше, чтобы они успели основательно потратиться в его баре.

Примерно через час в зал вошла Кора. Выглядела она, как всегда, вызывающе красивой в пестром платье с отделкой черной каймой. Мужчины дружным хором приветствовали ее, но, к удивлению Мака, она ни на кого не обратила внимания, а направилась прямо к нему и пристроилась на соседний стул.

— Как я слышал, у тебя выдался удачный денек, — сказал он.

— Легкая добыча, — кивнула она. — В таком возрасте мужчине уже пора бы научиться быть немного осторожнее.

— Тебе лучше преподать мне несколько уроков, рассказать, как ты это проделываешь, чтобы я не стал жертвой одной из твоих подружек.

Она окинула его кокетливым взглядом.

— Тебе никогда не придется платить девушкам за секс, Мак. Это я знаю наверняка.

— Все равно расскажи. Мне интересно.

— Простейший способ — подобрать богатого с виду пьяницу, завести с ним амуры, заманить в темный проулок, а потом сбежать с его денежками.

— Вы так и поступили сегодня?

— Нет, вышло даже смешнее. Мы нашли пустующий дом и подкупили смотрителя. Я разыграла из себя скучающую домохозяйку. Пег выступала в роли моей прислуги. Мы затащили старика в дом, сделав вид, что он принадлежит мне. Я заставила его раздеться и лечь в постель, а затем в спальню ворвалась Пег с криком о неожиданном возвращении моего мужа.

Пег расхохоталась.

— Престарелый дуралей! Видел бы ты его лицо! Он так перепугался, что спрятался в пустом гардеробе.

— А мы тихо скрылись с его бумажником, часами и всей одеждой.

— Он, наверное, до сих пор еще сидит в том гардеробе и боится носа оттуда высунуть, — добавила Пег, и обе залились громким смехом.

Стали приходить жены грузчиков. Многие несли на руках младенцев, а детишки постарше цеплялись за их юбки. Некоторые выглядели молодыми и привлекательными, но остальные казались усталыми, изголодавшимися и часто битыми супругами вечно пьяных мужей. Мак понимал: они явились сюда в надежде забрать хотя бы часть денег, прежде чем мужчины спустят все на выпивку, азартные игры или на проституток, норовивших еще и обокрасть похотливых любителей клубнички. Пришла и Бриджет Райли со своими пятью детьми, сев тоже поблизости от Дермота и Мака.

Наконец, ближе к полуночи, показался и Леннокс.

Он принес кожаный мешок, наполненный монетами, и вооружился двумя пистолетами для того, очевидно, чтобы защититься от попыток ограбления. Разгрузчики угля, многие из которых успели вдрызг напиться, встретили его радостными возгласами, как встречают героя-победителя, и Мак на мгновение ощутил презрение к новым товарищам по работе: с какой стати заранее показывать благодарность за то, что по праву им причиталось?

Леннокс был вечно чем-то недовольным мужчиной лет тридцати, в сапогах, доходивших до коленей, и в приличной вельветовой жилетке, но без рубашки под ней. У него тоже развилась отменная мускулатура от постоянной необходимости перетаскивать бочки с пивом, вином и прочими алкогольными напитками. Рот его неизменно кривился в злобной гримасе. И от него исходил не совсем обычный запах чего-то сладкого, но подпорченного, как от гнилых фруктов. Мак заметил, как Пег невольно поежилась, когда он прошел мимо. Она явно опасалась этого человека.

Леннокс выбрал стол в углу и положил мешок с пистолетами на скамью рядом с ним. Мужчины и женщины сразу же окружили его плотной толпой, тесня и толкая друг друга, словно могло случиться так, что у Леннокса деньги закончатся раньше, чем очередь дойдет до них. Мак держался у всех за спинами. Он считал ниже своего достоинства так отчаянно бороться за честно заработанную плату.

Он услышал грубый голос Леннокса, перекрывший легкий гул разговоров в зале таверны.

— Каждый грузчик заработал на этой неделе фунт и одиннадцать пенсов, не считая вычетов на напитки из бара.

Мак сначала решил, что ослышался. Они опорожнили за неделю трюмы двух больших углевозов, им должны были засчитать полторы тысячи условных единиц разгрузки, есть тридцать тысяч мешков, наполненных углем, и на каждого работника приходилось не менее шести фунтов. Как же заработок мог уменьшиться всего лишь до фунта и нескольких пенсов?

Среди толпы грузчиков пронесся стон разочарования, но никто не посмел оспорить названную цифру. Как только Леннокс принялся отсчитывать плату каждому, Мак вмешался:

— Минуточку! Каким образом вы насчитали такую мизерную сумму?

Леннокс поднял голову и злобно оскалился.

— Вы разгрузили одну тысячу четыреста сорок пять единиц, что дает члену бригады шесть фунтов и пять пенсов грязными. Вычтем отсюда по пятнадцати шиллингов в день за напитки…

— Что? — перебил его Мак. — Пятнадцать шиллингов в день?

Но ведь это составляло три четверти их ежедневного заработка!

Дермот Райли пробормотал в поддержку слов Мака:

— Но ведь это настоящий грабеж, не иначе.

Он произнес это совсем тихо, но вызвал одобрительные реплики у некоторых мужчин и женщин.

— Мои комиссионные составляют шестнадцать пенсов с человека за каждое разгруженное судно, — продолжал Леннокс. — Еще шестнадцать пенсов причитаются капитану корабля. Шесть пенсов в день стоит аренда лопаты…

— Какая еще аренда лопаты? — буквально взорвался Мак.

— Ты здесь новенький и пока не знаешь всех наших правил, Макэш, — процедил сквозь зубы Леннокс. — А потому тебе лучше заткнуться и позволить мне дальше заниматься своим делом. В противном случае никто больше ничего не получит.

Мак готов был выйти из себя от возмущения, но