Весь Кен Фоллетт в одном томе - Кен Фоллетт

Это была действительно радостная новость. В последнее время Хью сильно раздражало, что человек, похитивший два миллиона фунтов, свободно расхаживает по Лондону, посещает клубы с театрами и получает приглашения на званые обеды как ни в чем не бывало.

— Я привез аккредитации, которые вчера передал в министерство иностранных дел, — добавил Тонио.

— И ты надеешься уговорить премьер-министра поддержать вашу сторону?

— Конечно.

— Но каким образом? — с сомнением посмотрел на него Хью.

— Гарсия до сих пор считается президентом. Великобритания должна поддержать законное правительство.

— Уж слишком шаткие основания. Да к тому же лорд Солсбери сейчас занят совсем другими делами. Ситуация в Ирландии напоминает паровой котел, готовый вот-вот взорваться, так что ему не до какой-то дальней латиноамериканской страны.

Хью не хотелось разочаровывать Тонио, но ему на ум пришла одна идея, и он старался сформулировать ее вслух.

— Ну что ж, моя задача как раз и состоит в том, чтобы привлечь его внимание, — немного раздраженно сказал Тонио, но потом смягчил тон: — Ну ладно, ты прав. В конце концов, ты же англичанин. Скажи, чем, на твой взгляд, можно заинтересовать его?

— Ты бы мог дать британским инвесторам гарантии защиты от финансовых потерь.

— Как именно?

— Точно сказать не могу, я еще не придумал, — ответил Хью, ерзая на стуле.

На полу у его ног четырехлетний Сол строил из кубиков замок. Было странно осознавать, что будущее целой страны решается здесь, на крохотной кухне в дешевом пригородном доме.

— Британские инвесторы вложили два миллиона фунтов в корпорацию, пообещавшую построить гавань в Санта-Марии, и крупнейший из инвесторов — Банк Пиластеров. Все директора корпорации были родственниками или приближенными главаря Миранды, и я не сомневаюсь, что все эти деньги были потрачены на оружие и военные припасы. Нужно их вернуть.

— Но ведь они уже потрачены.

— Верно. Но у семейства Миранды должны быть активы на несколько миллионов.

— В принципе, да. Они же владеют шахтами по добыче нитратов.

— Если ваша сторона победит в войне, то мог бы президент Гарсия передать эти шахты совету акционеров как компенсацию за мошенничество? Тогда эти облигации хотя бы что-то стоили.

— Президент сказал мне, что я могу обещать что угодно, — уверенным тоном ответил Тонио. — Действительно что угодно — в обмен на поддержку Великобританией правительственных сил.

Хью охватило радостное волнение. Перспектива расплатиться по долгам Пиластеров вдруг показалась вполне осуществимой.

— Дай еще подумать, — сказал он. — Прежде чем делать предложение в министерстве иностранных дел, нужно как следует все рассчитать. Я думаю, что смогу убедить старого Бена Гринборна замолвить за тебя слово перед лордом Солсбери. В конце концов, он же должен поддерживать британских инвесторов. Но как насчет оппозиции в парламенте? Мы можем повидаться с Дэном Робинсоном, братом Мэйзи — он член парламента, и он как раз живо интересуется проблемой банковских кризисов. Он одобрил мой план спасения Банка Пиластеров и хочет сам поработать в этой области. Он мог бы заручиться поддержкой оппозиции в палате общин.

Пальцы Хью принялись выстукивать по столешнице веселый ритм.

— Да-да, это вполне возможно!

— Только действовать нужно быстро, — сказал Тонио.

— Поедем в город прямо сейчас. Дэн Робинсон живет с Мэйзи в южном Лондоне. Гринборн сейчас должен находиться в своем загородном доме, но я позвоню ему по телефону из банка.

Хью встал, осторожно отодвинув стул, чтобы не разрушить постройку Сола.

— Пойду предупрежу Нору.

Нора вертелась в спальне перед зеркалом, примеряя изысканную шляпу с меховой оторочкой.

— Мне нужно съездить в город, — сказал Хью, доставая из шкафа воротничок с галстуком.

— А кто будет присматривать за детьми?

— Ты, надеюсь.

— Нет! — воскликнула Нора. — Я же еду за покупками!

— Извини, Нора, но это очень важно!

— А я разве не важна?

— Конечно, ты важна, но нельзя же все время делать по-твоему. Мне очень срочно нужно поговорить с Беном Гринборном.

— Мне все надоело, — заявила она категорично. — Надоела эта лачуга, надоела эта дурацкая деревня, надоели дети и надоел ты. Даже мой отец живет лучше нас!

Некоторое время назад отец Норы открыл на полученные в Банке Пиластеров деньги пивную, и сейчас дела у него шли в гору.

— Перееду к нему, буду работать официанткой! По крайней мере, там гораздо веселее, чем здесь, да еще и платят за уборку.

Хью в изумлении уставился на свою жену. Он вдруг понял, что они никогда больше не лягут в одну кровать. Его брак полностью разрушен. Нора ненавидит его, а он ее презирает.

— Сними шляпу, Нора, — сказал он. — Никуда ты сегодня не поедешь.

Надев пиджак, он вышел.

Тонио нетерпеливо поджидал его в прихожей. Хью поцеловал на прощание детей, снял с вешалки пальто и открыл дверь.

Шляпу и пальто он надел уже снаружи, когда они шли по покрытому снегом саду и выходили через ворота. Снегопад усилился. Дом Хью располагался в ряду двадцати-тридцати похожих домов на краю поля, где раньше сажали репу. От деревни до станции вела посыпанная гравием дорога.

— Сначала заедем к Робинсону, — планировал вслух Хью свою поездку. — Затем я позвоню Гринборну и скажу, что оппозиция уже на нашей стороне… Слышишь?

— Что?

— Идет наш поезд. Надо поторопиться.

Они ускорили шаг. К счастью, станция находилась недалеко от деревни. Когда они переходили по мосту железную дорогу, уже показался поезд.

На мосту стоял какой-то мужчина, облокотившись о перила и