Весь Кен Фоллетт в одном томе - Кен Фоллетт

шикарным, не лишенным своеобразного очарования, но сейчас выглядело неряшливым и обветшалым. Бархатная обивка потускнела, на столешницах следы от окурков и стаканов, шелковые обои отходят от стен, а эротические картины выглядят просто пошлыми и вульгарными. Подметающая пол пожилая женщина с трубкой в зубах нисколько не удивилась, увидев двух дам в богатых платьях. Когда Мэйзи спросила у нее, где находится Эйприл, та только махнула рукой по направлению к лестнице.

Эйприл они застали в кухне, в компании пьющих чай женщин в домашних халатах — очевидно, они только недавно проснулись и готовились к ночной работе. Эйприл сначала не узнала Мэйзи, и они долго смотрели друг на друга. Мэйзи подумала, что ее старая подруга мало изменилась: все та же стройная женщина с вытянутым лицом и проницательным взором — немного усталым от бессонных ночей и дешевого шампанского, но по-прежнему по-деловому оценивающим, как и подобает хозяйке прибыльного заведения.

— Чем могу служить? — спросила Эйприл.

— Ты разве не узнаешь меня, Эйприл? — спросила Мэйзи, и Эйприл тут же вскрикнула от радости, подпрыгнула и бросилась своей подруге на шею.

После объятий и поцелуев Эйприл повернулась к другим женщинам в кухне и объявила:

— Девочки, это женщина, которой удалось то, о чем мы все мечтаем! Урожденная Мириам Рабинович, впоследствии Мэйзи Робинсон, а ныне миссис Соломон Гринборн!

Все женщины громкими возгласами поприветствовали Мэйзи, как будто им представили какого-то героя. Мэйзи даже не-много смутилась; она не ожидала, что Эйприл будет при всех так искренно говорить о ее происхождении, особенно в присутствии Эмили Пиластер. Но жалеть уже было поздно.

— Ну, давайте отпразднуем это дело джином, — предложила Эйприл.

Они сели за стол, и одна из женщин достала бутылку с бокалами и налила им спиртное. Джин Мэйзи никогда не нравился, особенно после того, как она привыкла к дорогому шампанскому, но решила из вежливости не отказываться. Эмили слегка пригубила напиток и поморщилась. Их бокалы тут же наполнили снова.

— Так что тебя привело сюда? — спросила Эйприл.

— Одна супружеская проблема, — ответила Мэйзи. — У моей знакомой муж — импотент.

— Приводите его сюда, дорогуша, — обратилась Эйприл к Эмили. — Тут его живо вылечат.

— Я подозреваю, что он уже ваш клиент, — сказала Мэйзи.

— И как его зовут?

— Эдвард Пиластер.

— О, бог ты мой! — поразилась Эмили и внимательнее осмотрела Эмили. — Так вы Эмили, бедняжка.

— Вы знаете, как меня зовут? — немного обиженно спросила Эмили. — Значит, он говорил с вами обо мне.

С этими словами она выпила еще немного джина.

— Эдвард — никакой не импотент, — заметила одна из женщин.

Эмили покраснела.

— Ой, извините, — сказала женщина. — Обычно он просит, чтобы его обслуживала я.

Это была высокая девушка с темными волосами и пышной грудью. Мэйзи подумала, что сейчас, когда она ведет себя так развязно и курит сигарету, как мужчина, она выглядит не особенно красивой, но в красивом платье может показаться вполне привлекательной.

К Эмили вернулось самообладание.

— Как странно, — сказала она. — Он мой муж, но вы знаете о нем больше, чем я. А я даже не знаю вашего имени.

— Лили.

Наступило неловкое молчание. Мэйзи попивала джин — теперь он ей казался терпимее, чем вначале. «Действительно странная сцена, — подумала она. — Кухня, женщины в неглиже, сигареты, джин и Эмили, которая еще час тому назад не знала, что такое половое сношение, но которая теперь обсуждает проблему импотенции своего мужа с его любимой шлюхой».

— Ну что ж, — энергично подвела итог Эйприл. — Теперь можно сказать, в чем проблема Эдварда. Почему он импотент со своей женой? Потому что рядом нет Мики. У него никогда не бывает стояка, когда он остается один на один с женщиной.

— Мики? — недоверчиво спросила Эмили. — Мики Миранда? Посланник Кордовы?

Эйприл кивнула.

— Они все делают вместе. Особенно здесь. Пару раз Эдвард приходил один, но у него ничего не получилось.

Эмили смутилась. Мэйзи задала очевидный вопрос:

— И что же именно они делают вместе?

Ответила Лили:

— Ничего сложного. За несколько лет они испробовали несколько вариантов. Сейчас им нравится, когда они вместе идут в кровать с одной девушкой, обычно со мной или Мьюриэл.

— Но ведь Эдвард делает все по-настоящему? — спросила Мэйзи. — Ну, то есть у него твердеет и все такое?

Лили кивнула.

— Да, вопросов нет.

— Вам кажется, что у него получается только так?

Лили нахмурилась.

— Мне кажется, на самом деле ему все равно, что происходит, сколько девушек и остальное. Если рядом Мики, то он возбуждается, а если Мики нет, то пасует.

— Как будто на самом деле он любит только Мики, — подвела итог Мэйзи.

— Мне кажется, это какой-то дурной сон, — тихим голосом произнесла Эмили и сделала большой глоток джина. — Разве это может быть правдой? Разве такое бывает на самом деле?

— Ну, вы еще многого не знаете, — сказала Эйприл. — По сравнению с некоторыми другими нашими клиентами Эдвард и Мики — просто образец приличия.

Ее слова удивили даже Мэйзи. Она представила, как Эдвард залезает в постель к женщине вместе с Мики, и почему-то эта картина показалась ей настолько смешной, что ей захотелось рассмеяться вслух. Она едва подавила смешок, застрявший у нее в горле.

Она вспомнила, как Эдвард застал их с Хью занимающимися любовью. Тогда Эдвард сразу возбудился — теперь она понимала, что его возбудила сама идея, чтобы овладеть ею немедленно после Хью.

— Смазанная булочка! — вырвалось у нее.