Весь Кен Фоллетт в одном томе - Кен Фоллетт

— На Теобальд-роуд, буквально в нескольких шагах отсюда, есть кофейня. Там можно посидеть и поговорить.

Ему явно хотелось побыстрее выпроводить их из своей конторы, но Дэнни не понимал его намеки. За все эти годы он так и не научился уделять внимание условностям.

— Ну что скажете, девочки? Хотите побеседовать здесь или пойдем выпьем кофе?

— Выпьем кофе, — предложила Мэйзи.

— И, возможно, вы предпочли бы вернуться через некоторое время, чтобы уладить вопрос с оплатой, — добавил мистер Джей.

— Да-да, я не забуду. Пойдем, девочки.

Они вышли из конторы и спустились по лестнице. У Мэйзи на языке вертелась куча вопросов, но она сдерживала любопытство, пока они не дошли до кофейни и не уселись за столик. Наконец она спросила:

— Так чем же ты занимался последние семь лет?

— Строил железные дороги, — ответил Дэнни. — Так получилось, что я приплыл в Америку в самое подходящее время. Только что закончилась Гражданская война, и начался железнодорожный бум. Железнодорожным компаниям отчаянно требовались рабочие руки, и они даже выписывали людей из Европы. Работу легко мог получить и такой четырнадцатилетний тощий паренек, как я. Мы строили самый первый стальной мост через Миссисипи в Сент-Луисе. Потом переехал в Юту и работал на компанию «Юнион Пасифик». В девятнадцать лет я стал уже путевым мастером, вступил в союз рабочих и вывел их на забастовку.

— А почему ты вернулся?

— На фондовом рынке произошел крах. У железнодорожных компаний закончились деньги, а банки, дававшие им кредиты, разорились. Тысячи, даже сотни тысяч людей оказались без работы. Вот я и решил вернуться домой и попробовать все сначала.

— И чем же ты будешь здесь заниматься? Тоже строить железные дороги?

Он покачал головой.

— У меня другая мысль. Понимаешь, я уже дважды пострадал от финансовых крахов. Владеющие банками люди — худшие в мире глупцы. Они ничему не учатся и постоянно совершают одни и те же ошибки. А страдают от их ошибок рабочие. Никто и никогда не помогает рабочим. Никому это даже в голову не приходит. Рабочие должны объединиться и помочь друг другу сами.

— Никто друг другу не помогает, — вмешалась Эйприл. — Все в этом мире сами по себе. Нужно заботиться в первую очередь о себе, а то потеряешь и последнее.

Мэйзи вспомнила, что Эйприл постоянно так говорила, хотя в действительности была отзывчивой девушкой, готовой всегда прийти на помощь своим подругам.

— Я хочу основать своего рода клуб для рабочих, — продолжил Дэнни, не обращая внимания на слова Эйприл. — Они будут платить шесть пенсов в неделю, а когда лишатся работы не по своей вине, то клуб будет выплачивать им фунт в неделю, пока они не найдут новую работу.

Мэйзи смотрела на своего брата с восхищением. Да, план его чересчур смел, но ведь когда он в четырнадцать лет задумал сбежать в Америку, то тогда его план тоже казался ей несбыточным. Она вспомнила его слова: «В гавани стоит корабль, который утром отправляется в Бостон. Я проберусь на него по веревке и спрячусь на палубе под одной из шлюпок». И он добился своего. И следовательно, может добиться и на этот раз. Он сказал, что выводил рабочих на забастовку, а это значит, что он умеет повести людей за собой.

— Но что же с мамой и папой? — спросил он. — Ты ничего не знаешь о них?

Мэйзи помотала головой и вдруг неожиданно для себя самой разрыдалась. Ей вдруг именно сейчас стало особенно горько оттого, что она потеряла семью. Столько времени она сдерживала себя, но боль наконец-то прорвалась наружу.

Дэнни обнял ее за плечо.

— Я поеду на север и попробую их разыскать.

— Надеюсь, ты их найдешь. Я так по ним скучаю!

Перехватив удивленный взгляд Эйприл, она добавила:

— Но, боюсь, они будут недовольны мной.

— С чего это вдруг? — спросил Дэнни.

— Я беременна.

Лицо его покраснело.

— И не замужем?

— Нет.

— А собираешься выйти замуж?

— Нет.

— Так кто же этот мерзавец? — сердито воскликнул Дэнни.

— Пожалуйста, не надо ругаться, — повысила голос Мэйзи.

— Да я ему шею переломаю!

— Замолчи, Дэнни! — сердито сказала Мэйзи. — Ты покинул меня семь лет назад, так что не надо сейчас делать вид, будто я твоя собственность.

На лице Дэнни отразилось изумление, и она продолжила более спокойным голосом:

— Все равно это без толку. Он бы и женился на мне, как я думаю, да только я не захотела, так что забудь. И к тому же он уехал в Америку.

Дэнни притих.

— Не будь я твоим братом, я бы сам женился на тебе. На такой-то красавице! Ну ладно, кое-какие деньги у меня есть, чем смогу — помогу.

— Не надо мне твоих денег.

Мэйзи подумала, что отвечает слишком грубо, но не смогла сдержаться.

— Не надо обо мне заботиться, Дэнни. Тебе еще пригодятся деньги для твоего клуба. А я сама о себе позабочусь. Я же смогла как-то устроиться в одиннадцать лет, так что и сейчас смогу.

Мики Миранда с отцом сидели в маленьком ресторанчике в Сохо и обедали похлебкой из устриц — самым дешевым блюдом в меню, — запивая ее пивом. Ресторанчик находился в нескольких минутах ходьбы от посольства Кордовы в Портленд-Плейс. Каждое утро Мики садился там за письменный стол, чтобы часа два провести за разбором корреспонденции. Он договорился сегодня после работы пообедать с отцом. Они сидели