Весь Кен Фоллетт в одном томе - Кен Фоллетт

мужчины возбуждаются при виде того, как женщина лежит с другим мужчиной. Об этом ей как-то рассказала Эйприл, добавив, что женщин при этом называют «смазанными булочками». Похоже, Эдвард как раз из таких любителей.

Хью пришел в ярость.

— Убирайся прочь, болван! — воскликнул он.

— Да будет тебе! — настаивал Эдвард. — Это всего лишь шлюшка.

С этими словами он нагнулся и сорвал с Мэйзи полотенце.

Она спрыгнула с кровати на другую сторону, прикрываясь руками. Хью же набросился на Эдварда и со всей силы ударил ему по носу. Брызнула кровь, Эдвард зарычал от боли.

Этого было бы достаточно, чтобы поставить его на место, но Хью не мог унять свой гнев и ударил его еще раз.

Эдвард застонал от боли и, пошатываясь, двинулся к двери. Хью продолжал ударять его по затылку.

— Отвяжись! Отстань! Пожалуйста! — закричал Эдвард и вывалился через дверной проем.

Мэйзи вышла вслед за ними в коридор. Эдвард валялся на полу, а Хью сидел на нем и лупил его что было силы.

— Хью, остановись, ты убьешь его! — крикнула Мэйзи и попыталась схватить Хью за руки, но он был в такой ярости, что удержать его было невозможно.

Уголком глаза Мэйзи заметила какое-то движение, подняла голову и увидела тетку Хью, Августу, которая стояла на лестнице в черном шелковом пеньюаре и взирала на всю эту сцену. В зыбком газовом освещении она казалась зловещим призраком. В глазах ее блеснул загадочный огонек. Сначала Мэйзи не поняла этого выражения ее лица, а затем догадалась и испугалась.

Это было выражение торжествующего победителя.

* * *

Как только Августа увидела голую девушку, она сразу же поняла, что это шанс избавиться от Хью раз и навсегда.

Ее она узнала сразу — это была та самая дерзкая потаскушка, оскорбившая ее в парке. Тогда ее называли Львицей. Еще в парке у Августы мелькнула мысль, что эта девка может вовлечь Хью в серьезные неприятности: было что-то заносчивое и бесцеремонное в ее взгляде, в блеске глаз и в самодовольном наклоне головы. Даже сейчас, когда она, казалось бы, должна была сгорать от стыда, она смотрела на Августу холодно и спокойно. Она обладала великолепным телом, небольшими, но приятно оформленными белыми грудями. Между ног виднелся треугольник волос песочного цвета. Было во всей ее позе нечто вызывающее, отчего Августа почти почувствовала себя непрошеной гостьей. Но Хью теперь точно опозорен.

Составить план ей помешал вид лежащего на полу Эдварда с перепачканным кровью лицом. Думать мешали старые страхи и воспоминания о том, как он едва не скончался в младенчестве. Августу охватила слепая паника.

— Тедди, что с тобой! — крикнула она в отчаянии. — Что вы сделали с Тедди?!

Она подбежала к нему и упала на колени.

— Поговори со мной! Скажи хоть слово!

Сейчас она обращалась не ко взрослому мужчине, а к грудному младенцу, который с каждым днем таял на глазах, а доктора не могли объяснить почему.

Эдвард приподнялся и застонал.

— Скажи что-нибудь! — умоляла она.

— Не называй меня Тедди, — сказал он.

Страх ее немного уменьшился. Он в сознании и может говорить. Но голос его такой слабый, да и нос, кажется, не такой, как раньше.

— Что случилось?

— Я застал Хью с этой шлюхой, а он разозлился на меня!

Стараясь сдерживаться и не поддаваться страху и ярости, она осторожно дотронулась до носа Эдварда. Тот громко вскрикнул, но не отвел ее руки. Вроде бы ничего не сломано, подумала она. Нос просто опух.

Тут раздался голос ее мужа:

— Что за бедлам тут вы устроили?

Августа встала.

— Хью набросился на Эдварда, — сказала она.

— С мальчиком все в порядке?

— Кажется, да.

Джозеф повернулся к Хью.

— Проклятье, молодой человек! Что все это значит?

— Этот дурак сам напросился, — вызывающе ответил Хью.

«Да, давай, дерзи, Хью, — подумала Августа. — Ты сам загоняешь себя в западню. Не извиняйся. Так ты еще сильнее разгневаешь своего дядю».

Но внимание Джозефа разрывалось между молодыми людьми и девушкой. Его взгляд то и дело перескакивал на ее обнаженное тело. Августа испытала укол ревности, но от этого только еще больше успокоилась. С Эдвардом все в порядке. Теперь нужно подумать, как воспользоваться этой ситуацией. Она вспомнила о разговоре с Мики Мирандой и о том, что Хью нужно заткнуть рот, потому что он слишком много знает о гибели Питера Миддлтона. Сейчас как раз самый подходящий момент нанести решительный удар. Для начала нужно отлучить его от этой девки.

В дверях коридора, ведущего к черной лестнице, замаячили некоторые из слуг в ночных сорочках и рубашках. Они выглядели встревоженными, но на их лицах явно читалось любопытство. Среди них Августа разглядела дворецкого Хастеда в старом желтом халате, подаренном ему Джозефом несколько лет назад, и лакея Уильямса в полосатой ночной рубашке.

— Хастед и Уильямс, помогите, пожалуйста, мистеру Эдварду лечь в кровать.

Слуги подошли к Тедди и поставили его на ноги.

Затем Августа обратилась к экономке.

— Миссис Мертон, прикройте эту девушку простыней или чем-то еще, отведите в мою комнату и помогите ей одеться.

Миссис Мертон сняла свой халат и накинула его на плечи девушки. Та запахнула полы халата, прикрыв наготу, но, похоже, не собиралась никуда уходить.

— Хью, ступай к доктору Хамболду на Черч-стрит; он лучше других осмотрит нос Эдварда.

— Я не оставлю здесь Мэйзи одну, — сказал Хью.