Возвращение Кентавра - А. Троицкий

Стрекоза выстрелила в высоту, и дед начал подниматься, ловя встречные потоки. Пике, кобре, колокол, горки, виражи, еще и еще. Потом аппарат плавно опустился в поле. Створки раскрылись, и дед вылез на травку, присел улыбающийся. У него перед глазами все еще крутилась земля, сменяемая видом облаков. Все было прекрасно, стрекоза как будто сливалась с ним, слушалась.

Что-то не давало ему покоя:

– Ну да, конечно, нет ощущения безграничной свободы, ощущения сумасшедшей радости и бессмертия и дело не в стрекозе, во мне! Улыбка стала дежурной, а глаза смотрели вдаль.

Ярик уже несся к деду, крича и размахивая руками. Перевод был не нужен, он просто сиял от радости:

–Ну, как ты, дед?! – Он тряс его, похлопывал по плечам и впрягся тащить аппарат к дороге. Дед только успевал помогать ему.

Скоро стрекоза стояла на стартовой позиции и Ярик уже влез в нее.

– Куда сукин сын?

– А, покорно прошу вашего соизволения. – пошутил Ярик, створки стрекозы захлопнулись. Дед погрозил ему пальцем через фонарь кабины, но он был уверен в своем племяннике. Пилот, инженер, немного авантюрист, но с умом. Дед сел в Тойоту, услышал радостное "поехали" и рванул с места.

Стрекоза цвинькнула, сбросив леер, и заскользила в голубом небе.

– Что он там творит сукин сын? – бормотал с тревогой и восторгом дед. Когда стрекоза плавно проехала по траве и встала, и из нее выскочил Ярик, было видно, что это восторг:

– Дед, ты сделал это, это как в детских снах, я творил, что хотел и кажется, это можно делать целую вечность.

– Ты всегда творил, что хотел,– ухмыльнулся дед.

– Подари мне ее,– говорил Ярик, поглаживая стрекозу.

– А бери! Нужные документы возьмёте, оформите конструкцию и разрешения, и прочую муру.

– Я уже занялся этим, улыбался Ярик.

Белая Тойота плавно вырулила со двора. Дед, стоял прикрыв ладонью глаза от слепящего солнца. Глаза слезились.

Троицкий. А.Ф. 2014