Весь Кен Фоллетт в одном томе - Кен Фоллетт

Букмекер замялся. Для него это тоже была большая сумма. Но все же он нацарапал карандашом заметку, вручил бумажку Тонио и забрал у него деньги.

Помощники принялись раскачивать клетку над забором, словно собираясь бросить ее на дно ямы, но откидная дверца клетки наконец-то распахнулась, и крысы полетели вниз, кувыркаясь в воздухе и вереща от страха. Эйприл в волнении не удержалась и вскрикнула. Мики засмеялся.

Пес принялся за истребление крыс с убийственной целе-устремленностью. Пока на него валился целый дождь из крыс, челюсти его ритмично щелкали. Мощным движением он перегрызал хребет одной крысы, бросал ее и принимался за другую.

Запах крови становился все более противным. Все собаки в помещении бешено лаяли, посетители орали и перебивали друг друга, женщины визжали, а мужчины выкрикивали слова поддержки собаки или крыс. Мики хохотал как безумный.

Поняв, что оказались в западне, некоторые крысы принялись бегать по кругу в поисках возможного выхода; другие прыгали на крутые стены, пытаясь безуспешно зацепиться за них; третьи сгрудились в кучу. На какое-то время пес стал безраздельным хозяином положения и за несколько секунд перебил еще с дюжину крыс.

Но потом крысы, словно по неслышному сигналу, стали одна за другой разворачиваться и бросаться на пса, кусать его за ноги, бедра и короткий хвост. Некоторые запрыгивали на спину и кусали его за шею и уши; одна крыса вцепилась своими острыми зубами в нижнюю губу и висела, сколько бы он ни вертел головой. Пес завыл от боли и несколько раз ударился головой о землю. Только тогда крыса отцепилась, оставив после себя рваную, сочившуюся кровью рану.

Пес вертелся, хватал крыс и убивал их одну за другой, но остальные не переставали бегать за ним. Когда половина крыс погибла, пес начал задыхаться. Люди, сделавшие ставку на тридцать шесть крыс и больше, рвали свои бумажки; другие кричали с еще большим задором.

Теперь на теле собаки кровоточили двадцать-тридцать укусов, земляной пол ямы, усеянный трупами крыс, стал скользким от крови. Но пес продолжал взмахивать своей крупной головой, продолжал хватать крыс челюстью и с хрустом перегрызать им позвоночник своей ужасной пастью; только движения его замедлились, а ноги уже не так прочно стояли на скользкой земле. Мики подумал, что бой понемногу становится интересным.

Почуяв усталость пса, крысы осмелели. Пока он держал одну в челюстях, другая подпрыгивала и вцеплялась ему в горло. Они сновали у него между ног, ползали под брюхом и запрыгивали на более нежные части тела. Одна особенно крупная крыса вцепилась в заднюю ногу и не отцеплялась. Пес повернулся, чтобы укусить ее, но другая крыса уловила момент и прыгнула ему на морду. Одна нога собаки стала странно дергаться и волочиться — должно быть, крысы перегрызли сухожилия. С каждым шагом пес все сильнее хромал.

И разворачивался он теперь гораздо медленнее. Словно узнав о скорой победе, около дюжины крыс набросились на него сзади. Через силу пес попытался ухватить парочку, но только щелкнул зубами в воздухе и упал в лужу крови. Брюхо его превратилось в кровавое месиво; было понятно, что долго он не продержится. Мики подумал, что он угадал и что под конец действительно останется шесть крыс.

Вдруг в собаке пробудились последние силы. Вскочив на три ноги, пес за несколько секунд убил еще четырех крыс. Но это был его последний предсмертный порыв. Ноги у него подкосились, и он выпустил из пасти свою очередную жертву. Больше он уже никого не смог поймать и только безвольно вертел головой.

Оставшиеся крысы набросились на пса и стали отрывать от него куски мяса, уже нисколько не боясь челюстей. Мики сосчитал их: шесть штук. Он обернулся и посмотрел на своих спутников. Хью выглядел подозрительно бледным.

— Зрелище не для слабых духом, верно? — спросил Эдвард.

— Собака и крысы вели себя согласно своей природе, — произнес Хью. — На мой взгляд, более омерзительны здесь люди.

Эдвард фыркнул и пошел купить еще выпивки.

Эйприл с блеском в глазах мечтательно смотрела на Тонио — на мужчину, который, по ее мнению, мог позволить себе проиграть десять гиней за одну ставку. Мики же более пристально вгляделся в лицо Тонио и заметил на нем признаки паники. «Не верю, что он действительно может себе это позволить», — подумал Мики.

У букмекера Мики забрал свой выигрыш — пять шиллингов. Уже неплохая прибыль за вечер. Но ему казалось, что он узнал о Тонио нечто, что стоило гораздо больше.

Самое отвратительное впечатление на Хью произвел Мики. На протяжении всего боя он хохотал, словно в истерике. Поначалу Хью не мог понять, почему этот смех кажется ему знакомым, но потом вспомнил, что Мики смеялся точно так же, когда Эдвард швырнул одежду Питера Миддлтона в пруд. Весьма неприятное воспоминание.

— Давайте пойдем к Нелли, — предложил Эдвард, вернувшись с напитками.

Проглотив бренди, они вышли. На улице Тонио и Эйприл под каким-то предлогом зашли в здание, выглядевшее как самая дешевая гостиница. Хью догадался, что они собираются снять комнату на пару часов, возможно, даже на целую ночь. Куда они пойдут теперь с Эдвардом и Мики? Он не был уверен, что такое времяпрепровождение можно назвать весельем, но все же ему было любопытно узнать, кто такая Нелли и что происходит у нее. Раз уж он решился «покутить» этим вечером, то не стоит останавливаться на полпути.

Заведение Нелли располагалось на улице Принца неподалеку от Лестер-сквер. У его дверей дежурили два здоровенных швейцара в форме. Когда трое молодых людей подошли к дверям, они как раз выталкивали мужчину средних лет в котелке.

— Только в вечернем костюме, — угрожающе сказал один швейцар, когда мужчина попытался было что-то возразить.

Похоже, швейцары хорошо знали Эдварда и Мики, потому что один из них прикоснулся пальцами к шляпе, а другой распахнул дверь. По длинному коридору молодые люди прошли к другой двери. Там их через глазок внимательно оглядел