Зарубежный детектив 2026-5 - Марк Эдвардс

бы сказал, что внутри вас сидит коп, который пытается выбраться наружу.

– Только не коп. Никогда не была копом, – сказала Рэйчел. – Я репортер до мозга костей.

Когда Рэйчел закончила рассказывать Мартинесу о том, как пришла к созданию подкастов, она спросила его, появились ли какие-нибудь новости о теле, которое они нашли накануне.

– Пока рано, – загадочно ответил он, откусывая кусочек тоста с маслом.

– Что это значит? – спросила Рэйчел, не позволяя ему сменить тему разговора. – Мертвая девушка – Мэддисон или нет?

Мартинес продолжал есть. Даже если он и заметил, что Рэйчел перестала пить кофе и пристально смотрела на него, то не подал виду. Как только он закончил жевать, Рэйчел снова задала ему вопрос.

– Мы не можем ничего утверждать наверняка, пока не получим результаты тестов ДНК, – ответил он.

– Мне кажется или дальше идет «но»?

– Но, – продолжил он, сделав ударение на этом слове, тем самым признавая, что Рэйчел угадала правильно, – отпечатки пальцев девушки с болот не совпадают ни с одним из отпечатков, найденных в фургоне Мэддисон. Кроме того, у потерпевшей четвертая положительная группа крови, а кровь, которую мы нашли в фургоне Мэддисон, первой группы.

– Группы крови не совпадают. Отпечатки пальцев не совпадают. Значит, это не Мэддисон?

– По правде говоря, мы пока не знаем наверняка, – сказал Мартинес. – Мы ждем результаты ДНК, снятых с предметов в фургоне Мэддисон. И пока не получим совпадение с ДНК женщины, найденной в грязи, мы будем считать дело о пропаже Мэддисон Логан открытым.

– Я тут вспомнила. Вы получили мое вчерашнее сообщение с просьбой позвонить мне? – спросила Рэйчел.

– Я собирался перезвонить вам сегодня утром. Что вы хотели?

– Мой продюсер нашел голосовое сообщение, которое Мэддисон оставила на голосовой почте подкаста перед тем, как исчезнуть. Я подумала, что вы захотите его прослушать.

Она воспроизвела Мартинесу голосовое сообщение. Он внимательно прослушал его, а затем попросил прислать ему копию аудиофайла.

– Вы уверены, что Мэддисон не связывалась с вами снова и не присылала по электронной почте дополнительную информацию?

– Пит проверил трижды. Мэддисон оставила одно голосовое сообщение. Звучит так, словно она наткнулась на что-то или кого-то из своего прошлого. Думаю, именно поэтому Мэддисон приходила к Бейли. Я готова встретиться с ним снова и прямо спросить, что ему известно, – предложила Рэйчел.

Мартинес задумчиво поджал губы, словно серьезно обдумывая предложение Рэйчел.

– Бейли не отпугнул вас тем, что сказал вчера? «Самый страшный монстр всегда прячется у всех на виду», – сказал он, повторяя для Рэйчел слова Бейли.

Он наблюдал за ее реакцией, глядя поверх кружки с кофе.

– Я его не боюсь, если вы это имеете в виду, – сказала Рэйчел.

– А должны бы, – сказал Мартинес и резко поставил кружку на стол, словно приняв решение. – Вам лучше больше не видеться с Бейли. Если он действительно хищник, то последнее, чего мы хотим, – чтобы он на вас зациклился. – В ответ на вздернутую бровь Рэйчел он решительно добавил: – Отныне я буду держать вас подальше от расследования, Рэйчел.

Суровый взгляд Мартинеса был под стать уверенному тону. Было очевидно, что он не передумает.

– Вы слишком плохо меня знаете, если считаете, что я буду делать то, что мне скажут, Джо, – тихо сказала Рэйчел.

– Все не так просто. – Мартинес отодвинул свою тарелку. – Сегодня утром, пока Бейли завтракал, охранники обыскали его камеру. Они сфотографировали кое-что, что вам стоит увидеть.

Он показал Рэйчел фотографию на своем телефоне. Ее искусно нарисованный портрет. Под портретом был изображен символ змеи, поедающей свой хвост, который Бейли вытатуировал у себя на руке. Внизу каллиграфическим почерком была написана латинская фраза.

– Memento mori, – прочла Рэйчел латинские слова вслух.

Она неуверенно подняла глаза.

– Это можно примерно перевести как «Помни, тебя ждет смерть». На мой взгляд, это угроза. Вот почему я не впутываю вас в дело, Рэйчел. На самом деле, будь моя воля, вы бы уже были дома. И я полагал, что вы уже там, пока не столкнулся с вами сегодня утром, – добавил он с укором.

– Джо, я на вас не работаю. Я сама решаю, куда мне идти и что делать.

– Я прекрасно это понимаю. – Взгляд Мартинеса встретился со взглядом Рэйчел. – Я не могу повлиять на ваше решение?

– Вряд ли. – Рэйчел отпила кофе со льдом, прежде чем сменить тему. – Теренсу Бейли очень нравится символ змеи. Сначала он вытатуировал его на руке. Теперь нарисовал на моем портрете. Должно быть, это что-то значит?

– Я уже говорил с экспертом по символам, – сказал Мартинес. – Эта переплетенная змея называется Уроборос – один из самых древних и универсальных символов в мире. Иногда его изображают в форме круга. В других случаях – в виде горизонтальной восьмерки, как и на рисунке Бейли. Он похож на математический символ, обозначающий…

– Бесконечность, – закончила за него Рэйчел.

Мартинес кивнул.

– Некоторые считают, что в математике символ бесконечности начали использовать, вдохновившись природным явлением, когда змеи поедают собственные хвосты.

– Змеи действительно едят свои хвосты?

– Они принимают свои хвосты за добычу, – сказал Мартинес. – Они так увлекаются поеданием самих себя, что впадают в безумие и больше не могут остановиться. В конце концов они сами себя убивают.

– А откуда произошел сам символ? – спросила Рэйчел.

– Мне говорили, что он почти такой же древний, как само время, – ответил Мартинес. – Древние греки дали ему название Уроборос, что означает пожирающий хвост. Он встречается в средневековых книгах по алхимии и даже в норвежской мифологии. В общем, в разных культурах он означает одно и то же.

– Символ бесконечности?

– Нечто большее. Он означает бесконечное обновление. Жизненный цикл. Прах к праху. Пыль к пыли. Бесконечная непрерывность до конца времен. Он также используется в оккультизме. Это мощный символ в черной магии.

– Что он значит в оккультизме?

– Рэйчел, это знак смерти.

– Вы хотите сказать, что Теренс Бейли пометил меня для казни? Что он придет за мной, когда выйдет из тюрьмы?

Глава 39

К тому времени, когда Рэйчел и Джо вышли из кафе, пляж вокруг пирса и близлежащий дощатый настил были оцеплены лентой. Полицейские оттесняли зрителей дальше к пляжу, пока те не сгрудились у ряда шезлонгов, где загорали, не обращая внимания на разворачивающуюся рядом драму, люди.

– Извините, мне нужно выяснить, что происходит.

Мартинес быстро спустился по лестнице на песок, где показал свой значок ФБР молодому полицейскому. Рэйчел стояла на дощатом полу и смотрела, как Мартинес сгибается под полицейской лентой и исчезает за защитными экранами, установленными для того, чтобы оградить место происшествия от посторонних, снимающих на свои телефоны.

Пока ждала его возвращения, Рэйчел читала