Весь Кен Фоллетт в одном томе - Кен Фоллетт
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
— Привет, красотка, — сказал он.
Она стремительно поднялась, подозревая, что незнакомец нетрезв. А пьяных Маргарет терпеть не могла, считая их людьми недостойными.
— Оставьте меня в покое, пожалуйста, — сказала она. Девушке хотелось, чтобы ее голос звучал твердо, но тот предательски дрожал.
Молодой человек подошел еще ближе.
— Тогда поцелуй меня.
— Вот еще! — ужаснулась Маргарет. Она сделала шаг назад, оступилась и выпустила из рук туфли. Почему-то, потеряв туфли, она почувствовала себя крайне уязвимой. Маргарет наклонилась, чтобы их поднять. Незнакомец непристойно хмыкнул, и тут она, к своему ужасу, почувствовала у себя между ног его бесцеремонную руку. Маргарет мгновенно выпрямилась, так и не найдя туфель, и отпрянула в сторону. — Отвяжитесь от меня!
— Вот это мне нравится, — снова хмыкнул мужчина. — Я люблю, когда мне чуточку противятся. — С поразительным проворством он схватил ее за плечи и притянул к себе. Лицо девушки действительно обдало облаком перегара, его губы прижались к ее рту.
Это было невыразимо отвратно, Маргарет замутило, но мужские руки так сильно сжимали ее, что девушке трудно было дышать, не то что протестовать. Она безрезультатно пыталась высвободиться, а мужчина все тяжелее наваливался на нее. Затем он оторвал руку от плеча девушки и вцепился в ее грудь. Она застонала от боли. Но, отпустив плечо, незнакомец дал ей возможность наконец вывернуться и закричать что было сил.
Маргарет кричала долго и пронзительно.
До нее смутно долетало его испуганное бормотание:
— Да будет тебе, не надо так, я не хотел тебя обидеть…
Однако она была настолько напугана, что никакие увещевания не могли остановить этот крик.
Из тьмы выступили другие лица: мужчины в рабочей одежде, падшей женщины с сигаретой во рту и сумкой через плечо. Показалась чья-то голова в окне дома. Пьянчуга же растворился в темноте. Маргарет наконец перестала кричать и расплакалась. Затем послышался быстрый перестук сапог, мелькнул узкий луч карманного фонаря, и проявилась полицейская каска.
Полицейский направил луч в лицо Маргарет.
— Она не из наших, Стив, — процедила женщина с сигаретой.
— Как вас зовут, девушка? — спросил полицейский, которого назвали Стивом.
— Маргарет Оксенфорд.
— Ясное дело, тот тип принял ее за шлюху, — сказал человек в рабочей одежде и зашагал прочь.
— Вы хотите сказать — леди Маргарет Оксенфорд?
Маргарет жалко шмыгнула носом и кивнула.
— Я сразу поняла, что она не из наших, — сказала женщина, в последний раз затянулась, швырнула окурок и раздавила его каблуком.
— Пойдемте со мной, леди, — предложил полицейский. — Теперь вы в безопасности.
Маргарет вытерла слезы рукавом. Страж порядка протянул ей руку. Она крепко за нее ухватилась. Полицейский направил луч фонарика ей под ноги и повел Маргарет за собой. Придя в себя, девушка вздрогнула и сказала:
— Какой мерзкий тип!
В голосе полицейского она, однако, не услышала и нотки сочувствия.
— Да стоит ли его винить? — произнес он довольно весело. — Репутация этой улицы всему Лондону известна. Он потому и заключил, что одинокая девушка в такой час может принадлежать только к числу «ночных бабочек».
Маргарет поняла, что он прав, хотя это выглядело довольно-таки несправедливо.
В утренних сумерках показалась знакомая синяя лампа полицейского участка.
— Выпьете чашку горячего чая, и вам станет лучше, — сказал полицейский.
Они вошли внутрь. Здесь за конторкой расположились двое полицейских: один — средних лет, плотного телосложения, второй — молоденький и худощавый. По обе стороны комнаты вдоль стен стояли простые деревянные скамейки, на одной из которых сидела женщина, выглядевшая здесь посторонней, с бледным лицом, с головой, закутанной шарфом, и домашними шлепанцами на ногах. Всем своим видом она олицетворяла бесконечное терпение.
Спаситель Маргарет подвел ее к противоположной скамье.
— Присядьте здесь на минутку, — предложил он.
Маргарет так и поступила. Полицейский же подошел к конторке и обратился к старшему из служителей закона:
— Сержант, это леди Маргарет Оксенфорд. К ней пристал пьяный на Болтинг-лейн.
— Решил, наверное, что она вышла на ночную охоту.
Маргарет поразило разнообразие эвфемизмов, которыми именовалась проституция. Видимо, люди отчего-то боялись называть некоторые вещи своими именами и предпочитали выражаться иносказательно. Сама она имела о проституции самое смутное представление и, говоря по правде, не верила даже, что это занятие до сих пор существует. Но в приставаниях молодого человека в вечернем костюме никакой двусмысленности не было и в помине.
Сержант с явным интересом посмотрел на Маргарет и тихо что-то сказал полицейскому по имени Стив, так, чтобы она не услышала. Стив кивнул и исчез в задней комнате.
Маргарет сообразила, что туфли ее остались на ступеньках того подъезда, где она попала в беду. Теперь на чулках зияли дыры. Маргарет заволновалась: в таком виде ей нельзя появляться на вербовочном пункте. Возможно, когда рассветет, она сумеет вернуться и забрать свои туфли? Однако их может там не оказаться. Сейчас ей больше всего на свете хотелось принять ванну и переодеться во все чистое. Но где же это сделать? Утром даже у тетушки Марты будет небезопасно: там вполне может объявиться отец, ринувшийся ее искать. Не получится ли так, с болью подумала она, что весь ее план рухнет, по сути, из-за пары туфель? Будет просто ужасно, если ВТС после всего случившегося ее отвергнет.
Полицейский вернулся и подал ей чай в тяжелой глиняной кружке. Чай был бледный и слишком сладкий, но она пила его с наслаждением. К ней возвращалась решимость. Она придумает, как преодолеть возникшие проблемы. Она уйдет, как только допьет чай. Она отправится в район бедняков и найдет лавку, где торгуют дешевой одеждой
